Том хэнкс с женой

Жена Тома Хэнкса — фото

Том Хэнкс вырос в обычной семье. Его отец был поваром, а мать официанткой. После развода родителей, мальчик остался жить с папой. Кстати говоря, актер является потомком самого Авраама Линкольна. Детство Тома было не из легкий. Из-за нестабильной работы отца, они часто переезжали из города в город. И в каждой новой школе актер не мог найти себе компанию. Может именно это подтолкнуло пойти его в театральный кружок?

Том Хэнкс

Начало актерской карьеры

Хэнкс старший не поддерживал сына в его увлечении. Он считал это пустая трата времени и ни к чему хорошему не приведет. Но юный Том уже в 12 лет решил для себя, что станет актером. И вот после школы он поступает в театральный колледж в Калифорнии.

Вскоре ему становится скучно. Актеру нравились нестандартные постановки и эксперименты. Он тянулся ко всему новому, интересному и необычному. Именно такой и была Саманта Льюис — свою первую любовь.

Бывшая жена Тома — Саманта

Личная жизнь

На момент знакомства Тому было 20 лет, а его возлюбленной 24. Она тоже была студенткой колледжа. Саманта и Том мечтали о грандиозной актерской карьере, они были молоды и никуда не торопились. Однако спустя 2 года, девушке пришлось поставить крест на своей карьере, потому что она узнала, что ждет ребенка.

По началу Саманта не хотела рожать, но Том всегда мечтал о семье и не позволил невесте совершить глупость. А после рождения сына Коллина пара наконец поженилась. Сейчас Колин Хэнкс тоже известный актер.

Том Хэнкс с сыном Колином

Первое время молодожены жили мягко говоря скромно. Том брался за все, что предложат, но денег все равно было крайне мало. Спустя какое-то время Льюис забеременела дочкой Элизабет Энн, и это окончательно убило в ней надежду на развитие актерской карьеры. Она завидовала мужу, и ей было тяжело справиться с этим чувством.

В 1984 году Том Хэнкс проснулся звездой. Роль в фильме «Всплеск» вывела его на новый уровень. Парня заметили. Конечно в тот период, когда актер брался за любые роли, были фильмы и с плохими рейтингами. Но это не помешало ему стать популярным.

Том действительно очень много работал, чтобы обеспечить жену и детей. Вскоре Саманта начала упрекать мужа в низких заработках, она мечтала о роскошной жизни и устала от домашних хлопот. Хэнкс начал переживать, это была уже не та добрая и любящая девушка. Ему было тяжело ужиться с новой Самантой.

Том с женой и детьми

Переломный момент

Карьера Тома шла в гору, однако ему не нравились все эти тусовки, и он просто любил работать. Близких друзей и людей по духу он пока не нашел. Казалось, актер был совсем один, и не чувствовал ни чьей поддержки.

И в тот момент, когда Хэнкс научился жить со своим одиночеством, он встречает ее — Риту Уилсон. Они оба не сразу поняли, что между ними произошло. Том не хотел бросать детей, ссылаясь на свое тяжелое детство, а у Риты был жених. Актер долго думал и наконец решил признаться девушке в чувствах, и был удивлен тому, что она ответила взаимностью.

Том Хэнкс и Рита Уилсон на премьере

Том Хэнкс и Рита Уилсон

Вторая жена Тома Хэнкса — Рита

Актриса не побоялась сплетен и разговоров об отношениях с женатым мужчиной. Влюбленные тайно встречались целых три года, пока наконец Том не выдержал и попросил Саманту о разводе. На тот момент актер уже был весьма богат и популярен, и расставаться с ним было не выгодно. Она пыталась всячески его удержать, даже угрожая судебными разбирательствами. Но Хэнкс твердо решил: жить с этой женщиной он больше не сможет.

Свадьба Тома и Риты

Том Хэнкс с женой Ритой Уилсон

в 1988 году Том и Рита поженились. Свадьба была скромной, но очень красивой и трогательной. Актриса стала для него не просто женой, но и другом и помощником. Не смотря на то, что она родила ему двух сыновей, это не помешало Рите развивать вместе с мужем продюсерскую компанию.

Том Хэнкс с женой Ритой Уилсон

Около недели назад в Лондоне состоялась премьера фильма Пола Гринграсса «Капитан Филлипс» с Томом Хэнксом в главной роли.
Фанаты по традиции собрались на площади Лейстер, чтобы увидеть своих любимых героев. Премьеру посетили сразу несколько звездных пар: Том Хэнкс с женой Ритой Уилсон, режиссер картины Пол Гринграсс с женой Джоан Кей, а также Терри Гиллиам с женой Холли. А вот Том Форд пришел в гордом одиночестве, хотя и не остался без внимания фанаток.
Картине «Капитан Филлипс» выпала честь стать фильмом открытия кинофорума 57-го Лондонского кинофестиваля, за ежегодную организацию и проведение которого отвечает Британский институт кино. Аманда Нэвилл (глава BFI) и Клэр Стюарт (руководитель фестивального отдела BFI) стали почетными гостями на церемонии открытия фестиваля.
На этот раз организаторы решили восстановить старую традицию и постелить под ноги артистам красную дорожку, а не белую и не зеленую, как в последнее время стало модно.
Фильм «Капитан Филлипс» основан на реальных событиях, произошедших в апреле 2009 года. Именно тогда капитан судна MV Maersk Alabama Ричард Филлипс был пленен сомалийскими пиратами. Для подготовки к роли Том Хэнкс не раз встречался с капитаном и обсуждал с ним его книгу «Долг капитана», которая легла в основу картины.
Интересный факт: Персонаж Тома Хэнкса из фильма «Форрест Гамп» (1994) родился и вырос в штате Алабама, а также некоторое время был капитаном рыболовного судна.
Итак, предлагаю вашему вниманию небольшой видеорепортаж с площади Лейстер:

Том Хэнкс
-Рады быть здесь, на премьере?
Том Хэнкс: Знаете, да, но мне немного тревожно. Люди ведь фильм еще не видели. А ждать, поднимут они палец вверх или вниз после просмотра — невыносимо.
-Ожидаете номинирования на премию Оскар за роль в этом фильме?
Том Хэнкс: О, от меня это не зависит. Я с радостью приму приглашение, если мне его вышлют.
Том Хэнкс: Хорошо снова побывать на площади Лейстер! Немало утекло времени с тех пор, как я в последний раз здесь появлялся. По большому актерскому счету это немалая честь — быть в центре событий в этом чудесном космополитическом городе, на кинофестивале высочайшего профессионального уровня и значения.
Том Хэнкс: Двенадцать месяцев напряженной творческой работы – это двенадцать месяцев счастья и труда. Наш режиссер, Пол Гринграсс, помог всей съемочной группе, артистам лучше узнать друг друга, сработаться. Ему удалось создать такие благоприятные условия для работы на площадке, что я часто даже не знал, где находится камера. Я даже точно не знал, что получится у нас в конце концов. И это здорово, когда в этом смысле можно полностью довериться режиссеру.
Прим. КП: Режиссер Пол Гринграсс настоял на том, чтобы актеры, играющие пиратов, были настоящими сомалийцами. При подборе актеров особое внимание уделялось тому, чтобы они в совершенстве говорили на сомалийском языке и выглядели как коренные сомалийцы. Обычно в студийном проекте могут сниматься только члены американской Гильдии киноактеров, но для сомалийских исполнителей сделали исключение.
Комментарий Тома Хенкса:
Мы знали, что у нас не будет возможности воспринять их, как обычных людей, задействованных в съемках фильма. Они появились на площадке после трех недель с начала съемок. Мы все боялись, что будет, как они воспримут то, что происходит вокруг. Да и вообще, знаете, было страшно…
Пол Гринграсс:
Съемки в воде были самыми сложными, потому что это вообще не самая легкая работа в любом съемочном процессе. Но в этом были и свои преимущества. Все в фильме выглядит достоверно, реально, правдоподобно. Так что, в конце концов, хотя это и был колоссальный вызов мне, съемки в воде сработали как нельзя лучше для фильма.
Том Хэнкс с женой Ритой Уилсон:

Режиссер картины Пол Гринграсс с женой Джоан Кей:

Том Форд:

Терри Гиллиам с женой Холли:

Ждем Аманду Нэвилл и Клэр Стюарт, которые так и не успели к нам подойти:

P.S.: Фанаты были безумно рады появлению Тома Хэнкса на красной дорожке. У каждого он ассоциировался с культовыми персонажами из мира кино. А есть ли у вас его любимая роль?

На своих возлюбленных мужчины не женятся по самым разным причинам: одни вообще не воспринимают нынешнюю партнершу как спутницу жизни, вторые боятся груза ответственности, который непременно ляжет на их плечи после женитьбы, третьи попросту боятся променять свою репутацию ловеласа и казановы на статус примерного семьянина. Словом, причин существует предостаточно — всех и не перечислишь. Но некоторые мужчины сознательно не рассматривают для себя женитьбу, пока им не исполнится тридцать: такой выбор зачастую удивляет и поражает дам. А между тем у представителей сильной половины человечества есть весьма серьезные и веские доводы и убеждения, которые и не позволяют им связывать себя узами брака со своей партнершей: узнать о том, по каким причинам мужчины не женятся до 30 лет, вы можете из нашей статьи.

«Встать на ноги» и сделать карьеру

Мужчины, настроенные решительно и серьезно, прекрасно понимают, что одного желания для брака будет маловато. Помимо «хотения» будущих супругов нужна как минимум финансовая стабильность, которая до достижения заветного «тридцатника» есть далеко не у каждого человека. Это особенно актуально, если пара в будущем планирует завести ребенка: заботиться о малыше в разы сложнее, если вы не располагаете нужным количеством денег. Также многие считают, что мужчина попросту не имеет права зарабатывать меньше своей партнерши. Если такое все же случается, а затем продолжается достаточно долго, у мужчины может сильно упасть самооценка: все-таки большинство хочет быть добытчиком и защитником, главой семьи. Возраст до тридцати лет как раз подходит для того, чтобы построить карьеру и существенно поправить свое материальное положение.

Понять, чего хочешь от брака

Каждый человек по-своему воспринимает брак: для одних это возможность завести большую семью, тогда как для других замужество или женитьба лишь играет роль «стабилизатора» отношений. На то, чтобы понять, чего на самом деле хочется от серьезных отношений, а значит, и от брака, может уйти достаточно много времени: вполне естественно и логично, что в восемнадцать лет интересует одно, а лет семь спустя — совершенно иное. К тридцати годам, как правило, подобные метания сходят на нет и картина мира более или менее «устаканивается». Чтобы не пожалеть впоследствии о слишком рано заключенном браке, мужчины до тридцати лет предпочитают не жениться, практикуя лишь обыкновенное сожительство. И большинству дам определенно не стоит довольствоваться такой малостью: ранее мы уже рассказывали о четырех мужских предложениях, на которые девушка никогда не должна соглашаться. Сожительство — одно из таких предложений.

Как видите, даже двух веских причин достаточно, чтобы мужчина не торопился с женитьбой, если ему еще не исполнилось тридцати. Одни считают, что нынешнее материальное положение совсем не подходит для того, чтобы содержать новоявленную ячейку общества (да и масла в огонь порой подливает партнерша, которой хочется пышного, дорогого праздника). Другие полагают, что еще попросту «не нагулялись»: многим кажется, что, женившись, мужчина автоматически лишает себя большинства радостей, доступных не обремененному штампом в паспорте человеку. Осуждать ни тех, ни других мы, конечно же, не будем: брак — это серьезно, и потому в него стоит вступать только в случае, если есть желание и возможности. Но для милых дам совет дадим: помимо того, что мы успели рассмотреть в этой статье, существует еще 15 причин, по которым мужчина не женится — о них мы более подробно рассказывали в другой нашей публикации. Расскажите, как считаете вы: по каким еще причинам, на ваш взгляд, мужчине не стоит жениться? Дополняйте наш список с помощью формы комментариев, расположенной на нашем сайте, а также не забывайте нажимать на специальные кнопки: нашей публикацией вы можете поделиться в социальных сетях, и тогда другие люди смогут быстрее увидеть ее и

На нашем канале в Яндекс.Дзен всегда самые интересные статьи по этой теме. Обязательно подпишитесь!

Вечно ищущий. Если до 35 лет мужчина не женился — это тревожный признак

Сексолог Александр Полеев утверждает: в современном обществе есть очень большая категория мужчин — «Пленников секса». Эти сексоголики, увы, становятся приметой времени…

Поставить галочку

— Сексоголизм на самом деле не такое уж редкое явление. И распространён он гораздо шире, чем алкоголизм. В мегаполисах 30% мужчин — сексуально зависимые. Любой человек, который не женился до 35-40 (или у него был короткий брак, он быстро развёлся), — это сексоголик. У таких людей секс может случаться 4, 5, 6 раз в неделю, появляются всё новые и новые партнёрши.

Для чего сексоголикам столько женщин? Им кажется, что в глазах окружающих они выглядят «орлами». «Вот ты живёшь с женой, да, она у тебя хорошая. Но одна. А ко мне на неделе приходит в гости по пять женщин. И негритянка была, и узбечка, и женщина с тремя детьми, и студентка… Вот я такой секс-гигант!» Секс им нужен для укрепления самооценки, для подтверждения, что они крутые и востребованные.

Я бы сексоголиков разделил на такие группы:

«Вечно ищущий». Обычно мужчина в 25-27 лет уже знает, каков его идеал женщины. Этот же тип — нет. Он в вечном поиске «идеальной женщины».

«Вечно раненый». Говорит, что когда-то в юности его обидела женщина и теперь он не хочет вступать в отношения с этими коварными особами. Но, если вы попытаетесь разузнать, что же это была за обида, окажется, что это сущая мелочь.

«Синдром Питера Пэна». Помните подростка из английской классической литературы, который не старел? Как правило, «Питер Пэн» занимается спортом, держит себя в хорошей физической форме и в любом возрасте считает, что ещё слишком молод для того, чтобы остепениться и «осесть дома на диване».

«Синдром Дон Жуана». Такой человек «собирает» женщин. Он коллекционер. А любой коллекционер знает — коллекция в принципе не может быть собрана окончательно. Хотя наш «Дон Жуан» вслух об этом не говорит и иногда не признаётся в этом даже самому себе.

«Синдром Казановы». Один из крайних вариантов сексоголизма. Довольно глубокая патология. Он не получает особого удовольствия от сексуального контакта с женщиной — только ставит очередную галочку да хвастается друзьям. К 25-27 годам у него в архиве уже тысяча женщин. Помнит он их слабо. Хотя понимает, что среди них были замечательные, но из принципа не встречается второй раз, ему нужны всё новые и новые…

В том, что у них на личном фронте проблемы, такие мужчины признаваться не хотят прежде всего сами себе. Сексоголизм не опасен физически. Но он очень опасен в психическом плане. В то время когда человек мог бы расти профессионально, чем-то увлекаться, развиваться духовно, он мысленно перебирает, с кем бы вступить в связь… Поэтому ни в профессиональной сфере, ни в сфере духовного, интеллектуального развития сексоголики не могут достичь никаких высот. Предположим, встречаются люди после института через 15 лет. У кого-то двое детей. Кто-то повысился по работе. Кто-то увлёкся парусным спортом и путешествует по миру. А у сексоголика что? Чем он может похвастаться на такой встрече?! Тем, что за 15 лет у него было несколько тысяч разных сексуальных партнёрш? Тем, что ни у кого не было негритянки, а у него было три?!

Советы женщинам

Моя хорошая приятельница встречалась с одним моим другом-врачом (к сожалению, сексоголиком). Убеждала меня: «Вот увидишь, на мне он точно женится!» Наташа — талант­ливый человек, выдающийся ландшафтный архитектор, лауреат многих премий. Зарабатывала в пять раз больше своего любимого. Красивая, умная, темпераментная. Водила его на концерты, в другие интересные места… Но чаще раза в неделю он с Натальей не встречался. А она всегда находила у него дома следы других женщин.

В итоге моя приятельница потратила на этого сексоголика 10 лет! Потом сказала: «Больше ждать не могу». После расставания с ней он вёл достаточно разгульный образ жизни. И только через 8 лет женился на девочке из провинции, очень серенькой, которая в подмётки Наталье не годилась. Мой друг это понимал: «Конечно, жениться надо было на Наташе. Но я тогда не хотел никакой женитьбы. У меня была масса женщин. Ко мне приезжали из других городов. И не было даже мысли о том, чтобы связать себя с какой-то одной…»

Сексоголики — это беда женщин возраста до 40. Масса их мужчин-ровесников ведёт такой образ жизни и совершенно не разделяет естественное женское желание создать стабильную семью, завести ребёнка…

Распознать сексоголика трудно. Но всё-таки можно. Первое: если мужчина чересчур легко знакомится, активно уговаривает тебя пойти к нему или сам напрашивается в гости в первый же вечер, скорее всего, это и есть «наш клиент». Нормальному взрослому мужчине всё-таки интересно заниматься сексом с женщиной, которую он уже хоть как-то узнал. И сперва он сходил с ней в кино, погулял. Нормальный мужчина расспрашивает женщину о её мыслях, о настоящем и прошлом. А у сексоголика всё поверхностно, с шуточками-прибауточками.

Вопрос-ответ Каких женщин мужчины выбирают в жены?

Второе: если после одной, двух, трёх встреч человек без видимой причины стал уклоняться от свиданий, значит, он сексоголик. Если вы спросите, в чём причина охлаждения, услышите объяснения, белыми нитками шитые…

Общение с сексоголиком очень часто травмирует жен­скую психику. И женщина начинает сама себе задавать вопросы: «Чем я плоха? Почему он мне не звонит? Что я обидного сказала? Что сделала не так? Может, я слишком толстая?»

Она ищет причину неудачного романа в себе. Но нужно понимать: если бы ты была самой лучшей женщиной на свете, самой умной, самой темпераментной, красивой, всё было бы так же. Сексуально зависимый человек — он как наркоман, его мучает вечная жажда новых ощущений. И ты с ним ничего не сделаешь. От таких надо просто бежать и не тратить на них время.

Интервью с Томом Хэнксом

Когда вы впервые узнали о режиссере Спилберге?

Помню, как на ТВ показывали «Дуэль». Я тогда учился в школе, и в газете наткнулся на статью, в которой говорилось: «Сегодня вечером вы увидите такое, чего никогда не видели на телевидении»… И решил посмотреть. Мне тогда было лет 12-13, и теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что уже в этом фильме Стивен сформировал свой почерк – визуальный стиль, основанный в большей степени на монтаже, нежели на чем-либо еще. В то время телефильмы обычно состояли из диалоговых сцен, снятых по одному принципу: общий план, крупные планы, потом какая-нибудь связка между сценами, подходящая по сюжету. Но «Дуэль» была смонтирована иначе: спидометр, нога на педали, рычаг переключения скоростей, очки Денниса Уивера в зеркале заднего вида… Это была совершенно новая, абсолютно кинематографичная форма изложения, с которой я до тех пор не сталкивался, – не считая черно-белых итальянских или французских фильмов, где актеры особо не разговаривают.

Вы пытались как-то сработаться перед съемками «Спасти рядового Райана»?

Я знал, что Стивен заинтересовался этим сценарием. Своей команде бизнес-экспертов я тогда сказал: «Слушайте, если Стивен захочет видеть меня в этой картине – отлично. Жанровых фильмов такого типа уже давно не снимали, он будет ощущаться абсолютно по-новому. К тому же с таким парнем, как Спилберг: кто знает, на что он способен с последними технологиями!» А через пару часов мне звонит Стивен со словами: «Тут такое дело, я очень хочу снять День высадки союзников по-новому; у нас лежит сценарий, в котором, вероятно, придется все переписать заново, но, тем не менее…» Я говорю: «Я уже читал». И он тогда: «О, отлично!» Ну, собственно, мы и приступили к работе.

Сценарий действительно претерпел много изменений…

Его автор, Роберт Родат, и один из продюсеров, Марк Гордон, написали довольно много вариантов, которые мне виделись упражнениями на тему «Сержант Рок и его бравые коммандос» – сплошные клише. Стивену, как и мне, было интереснее делать картину про реальную жизнь ребят на войне. Пересматривая фильм сейчас, все-таки замечаешь сцены вроде той на Омаха Бич, когда солдаты кидают остро- умные реплики. На Омаха Бич не было времени остроумничать. Стивен поступил мудро, многое исключив из фильма, но наполнив его таким содержанием, которое в корне изме- нило впечатление.

Если бы вы хотели подколоть Стивена, что в нем могло бы стать объектом насмешки?

Стивен не умеет пить. Он благоразумно воздерживается, но обстановка – съемки, например, или промо-кампания – часто обязывает к тому, чтобы что-нибудь отметить. И вот вы обедаете с ним, и вам приносят бокал вина, или шампанского, или – как в Ирландии на съемках «Райана» – пинту «Гиннеса». Я тоже не пью, но меня хватает почти на две трети пинты пива. Стивена – на треть. Его начинает вести, и, в конце концов, он, похихикивая, говорит (пьяным голосом): «Что-то я уже совсем лыка не вяжу…» Кофе он тоже, кстати, не пьет, что меня всегда поражало.

Если вспоминать ваши ранние фильмы, то лучший из них, наверное, «Большой».

В те времена я брал роли одну за другой. Я пришел из репертуарного театра, где работать нужно было буквально постоянно. Мысль о том, что проекты можно рассматривать и выбирать, была для меня чем-то непостижимым. Я чувствовал себя на службе, выполняющим приказы. «Изюминка» к тому времени была моим восьмым фильмом, а «Большой» – девятым. В них я играл на подъеме. Раньше я перед каждой сценой погружался в размышления: «Так, чего ты хочешь? Чего я хочу от этой сцены? Как мне ее сыграть?» Но здесь Дэвид Зельцер (режиссер – EMPIRE) и Сэлли Филд мне просто сказали: «Мы пытаемся проникнуть в душу стэндап-комика». Из моих тогда восьми фильмов это был первый, про который я подумал: «Ну, здесь у меня будет простор для творчества, это куда больше, чем обычное ремесло». Настоящая роль, а не просто «приди вовремя и скажи свои реплики».

Вы появлялись на обложках британского EMPIRE шесть раз. Первый – в связи с «Костром тщеславия»…

Ох, ну вот опять…

Мы с вами тогда не прогадали!

Это очень интересно, потому что когда мы снимали, фильм был у всех на слуху. В Нью-Йорке шагу нельзя было ступить просто так, вокруг все ворчали: «Эта книга стала неотъемлемой частью национальной культуры, а они снимают по ней фильм с таким ужасным кастингом!» Ужасно подобраны были все, я в особенности. Вообще, Брайан де Пальма скорее работает в жанре иконографии, а не кино. И он самый бескомпромиссный режиссер – и в хорошем, и в плохом смысле – из всех, что вы видели. Это же человек, который снял «Лицо со шрамом». «Лицо со шрамом», б…ь! Уж он нам задал жару тогда.

Справедливо ли говорить, что переломным моментом для вас была «Их собственная лига»?

Вы сознательно решили, что вам нужно работать в другом ключе? Да. Я собрал свою команду экспертов и – не поймите то, что я сейчас скажу, превратно – заявил им: «Так, я завязываю играть слабаков».

В смысле?

Что я не собираюсь играть (плаксивым голосом) ребят, у которых жизнь не удалась, не вышло ничего с любимой девушкой и все валится из рук. 35 лет, второй брак – я тогда был женат на Рите Уилсон – и двое почти взрослых детей, вот где я тогда был. К тому времени я успел осознать, что моя работа, хорошо это или плохо, требует личной отдачи. Чтобы сделать фильм, нужно прожить с ним два года. Над ним нужно работать, совершенствовать диалоги… И потом ты смотришь на него со своей, субъективной точки зрения и спрашиваешь: «Достиг ли я того, чего собирался достичь?» И если не достиг, то, наверное, не так уж хотел проникнуть в фильм. В итоге я решил взять год передышки, и сказал свое- му агенту: «Подожду пока, сниматься не буду. Я, кажется, вырос из этих ролей».

Так почему вы взялись за «Их собственную лигу»?

По сценарию моему персонажу было 47 лет; он растолстел, обрюзг и больше не мог играть в бейсбол. Мне, когда я взялся за роль, было 36. Я сказал: «Пусть он будет таким парнем, который не может играть из-за какой-нибудь неприятности, скажем, выбитого колена. Он не может заниматься любимым делом, и ему ничего не остается, кроме как тренировать этих девочек. Такого героя я понимаю». Так что у меня получился персонаж, которому пришлось пойти на горький компромисс, но в итоге он выносит из этого кризиса определенную мудрость.

Потом вы снялись в «Неспящих в Сиэтле» и снова сошлись с Мег Райан и Норой Эфрон на съемках «Вам письмо»…

Нора работает почти как социолог. Она снимает фильмы о том, как люди общаются сегодня, в настоящий момент. Когда мы начали снимать «Вам письмо», я прочитал сценарий и сказал: «Это фантастика! Как думаешь, Мег справится?» Она ответила: «Мег придется справиться, причем в ближайшие пять минут, а то электронная почта уже устареет». И видит Бог, так и произошло. В фильме нет мгновенных сообщений, потокового видео, ничего такого. Снимать нужно было как можно быстрее. И в «Неспящих…», и в «Вам письмо» есть очень длинные сцены, каких в других фильмах не бывает. Сцену из «Вам письмо», где Мег лежит с простудой у себя в квартире, мы снимали пять дней, потому что она занимала двенадцать страниц сценария. Репетировали мы ее прямо на месте, так что основной упор старались делать не на слова, а на эмоции. Такую работу я просто обожаю, и Нора тоже, а вот остальные режиссеры, с которыми мне приходилось работать, терпеть не могут. «Что? Снимать гребаную сцену пять дней?!» Для этого нужно иметь терпение.

В «Филадельфии» больше всего запоминается сцена, в которой Эндрю Беккет переводит итальянскую оперу герою Дэнзела Вашингтона.

Мне тяжело смотреть эту сцену, но я рад, что в ней есть Дэнзел, потому что ему тоже приходится ее пересматривать. Он должен был сидеть там и слушать меня, и я, черт возьми, снимаю перед ним шляпу. Здесь требовались оба актера. Будь там один парень, в собственной комнате, где никто на него не смотрит, сцена не была бы и вполовину такой сильной. Я читал несколько статей, в которой сцену называли безвкусной, лишней, притянутой и дилетантской. Уверен, это от того, что критикам было не по себе, когда они ее смотрели. И я убежден, что такого эффекта добился Дэнзел: он мастерски показал, как неловко ему глядеть на полумертвого парня, переводящего для него оперу. Он просто из кожи вон лез от неудобства.

Досталось вам тогда от критиков за выбор этой роли?

Идея Джонатана Демме была в том, чтобы создать фильм, который сможет побороться за место под солнцем в мультиплексе. Он хотел снять картину, на которую пошел бы рядовой американский житель: «Давай посмотрим то кино, где парень умирает от СПИДа». Когда фильм вышел, треть зрителей приняли его очень тепло, еще треть сказали: «Это смело, это ново, и это неисследованная территория», а еще треть его сильно, сильно, сильно, сильно возненавидели. Писатель и активист за права сексуальных меньшинств Ларри Крамер написал желчную статью под названием «За что я ненавижу “Филадельфию”». В итоге именно она заставила каждого зрителя пойти, посмотреть и решить для себя, ненавидит ли «Филадельфию» он. Ларри выразил такую позицию: мы живем бок о бок с жестоким монстром, кровожадным, кошмарным монстром, который убивает нас один за другим. И вот что Голливуд предлагает нам с ним делать. Это неправильно. Это нечестно. Это не соответствует действительности. Да, с каждым из этих пунктов не поспоришь. Но Джонатан смог добиться того, на что тогда требовалось мужество и храбрость, в том числе и в деловом смысле, – ведь фильм в итоге собрал неплохую кассу. Он заставил вас увидеть больного СПИДом в банковском кассире, или в двоюродном брате, или в продавце… До тех пор со СПИДом у всех ассоциировался только Рок Хадсон.

Затем вы появились на обложке EMPIRE в связи с «Форрестом Гампом».

(улыбается) Ага, уже лучше.

В Англии «Гамп» поделил людей на два лагеря. Одни его обожают; другие считают его пропагандой извращенных ценностей. Девушка, которая пытается что-то сделать в жизни, умирает; парень, который сидит дома со своей мамой, получает все. Знакомо звучит?

Любой фильм способен выдержать любую критику. Во- первых: мама Форреста спит с директором школы, чтобы ее сын смог там учиться. Вот что она делает. Она ТРАХАЕТ ДИРЕКТОРА, чтобы Форресту не пришлось учиться в школе для отсталых детей! Я понимаю, когда люди смотрят этот фильм и говорят: «О, глупый, добросердечный мальчик, бла-бла-бла». Извините, но этот фильм снят, чтобы разбить вам сердце. Он скорее эмоциональный, чем интеллектуальный. Весь его посыл сводится к фразе: «Эй, парень, идиоты наступают!» Не верите? Посмотрите, кто управляет миром сегодня.

Тарантино считает «Форреста» черной комедией.

Да, это вполне себе черная комедия. Абсолютно. В глубине ее происходят темные, мрачные вещи. Ко мне подходили ветераны Вьетнама и говорили: «Мне понравился “Взвод”, но тот отрывок из “Форреста Гампа”… там вы, ребята, действительно ухватили, каково это – продираться через чертовы джунгли». Это что-то да значит. Да и остальное не веселее. Боб Земекис говорил: «Все торговцы креветками, кроме Форреста, на грани банкротства. Он делает состояние на том, что все остальные торговцы выходят из бизнеса». Мрачновато, правда? Форресту и лейтенанту Дэну, конечно, хорошо, но остальным-то каково.

Критики любят говорить про такие ваши фильмы, как «Аполлон 13», «Спасти рядового Райана» или «Изгой», что вам отлично даются роли обычных ребят в необычных обстоятельствах.

Да, с «Изгоем» это действительно так. Парень приземляется где-то у черта на куличиках, без каких-либо навыков выживания. Но Джим Лавелл из «Аполлона 13» был боевым пилотом, испытателем. Он отправляется на Луну отлично подготовленным. Там дело не в том, что он не знает, как оттуда выбраться, а в том, что он постоянно размышляет: «Как мне решить эту проблему? Как разобраться с тем?» И в «Спасти рядового Райана» – Миллер был капитаном, он воевал в Северной Африке, он был закаленным бойцом, который хотел выжить на войне. Разве это обычные ребята с улицы? Я бы так не сказал. Скорее, они обычные ребята, которые сумели добиться весьма необычных вещей.

Последним вашим появлением на обложке британского EMPIRE вы обязаны «Коду да Винчи».

Фильм вас порадовал? Он меня поразил. Он сработал, хотя не должен был.

Но получил пинков от критики.

Боже, ну конечно. Он же и впрямь очень невразумительный. «Код да Винчи» – это такая белиберда, которая старается выглядеть важной и убедительной. И вы ведетесь на ее убедительность, потому что слова Лэнгдона звучат ровно настолько авторитетно, насколько это нужно зрителю. На самом деле, мне кажется, фильм сработал как раз потому, что зрителя посвящают в тайну, – никому не нужную и в то же время невероятно значимую. А вы как думали, почему на такие фильмы ходят? Взять «Ангелов и демонов» – не бывает так, чтобы кусочек антиматерии взорвал целый город. Но вы выстроите на этом надувательстве целый сюжет, если сумеете сделать из него важную тайну и всех в нее посвятить.

В следующий раз зрители смогут вас увидеть – точнее, услышать – в «Истории игрушек 3», верно?

Да, мы проделали большую работу – три сессии звукозаписи, и будет еще как минимум одна, где-то через восемь месяцев. А потом наступит завершающая стадия – последние три сессии. Короче, у них не фильмы, а монстры какие- то. Вы замечали, что после титров всех мультфильмов Pixar перечислены дети – прочувствуйте длительность процесса! – все дети членов съемочной группы, которые родились за время работы над проектом? А с этим мультфильмом они придумали занятную штуку. Они не прислали нам сценарий, а продемонстрировали черновик – снятый, обработанный, озвученный ребятами из Pixar мини-мультфильм. Тим Ален, Джон Ратценбергер и я посмотрели его в кинотеатре и сказали: «Потрясающе! Давайте работать!»

Что сильнее всего изменилось в кино за последние 20 лет?

То, что фильмы можно смотреть постоянно. У вас есть доступ к каждому когда-либо снятому фильму, в любом формате. Вместе с этим стал более заметен вклад в кинематограф действительно значимых фильмов. Помню, когда я был ребенком, можно было посмотреть «Доктора Стрейнджлав» единожды – и, может быть, потом, через семь лет, увидеть его по телевизору. Или театр в твоем районе поставил бы по нему пьесу – и, собственно, все. VHS, безусловно, все изменил, хотя качество было довольно дерьмовым, и широкоэкранный формат обрезался под обычный. Теперь же, когда весь мир живет в Сети, можно посмотреть любой фильм Годара – или последнюю комедию с Уиллом Фер- релом – в любой момент, когда захочется. Это мне кажется самым важным изменением.

Еще за последние два десятилетия в кино очень развил- ся культ знаменитостей …

Ну да, хотя на самом деле знаменитостей стало меньше. Точнее, знаменитостей теперь выше крыши, но я не думаю, что они имеют какой-то реальный вес. Да, есть пара человек, каждый чих которых сам по себе новость, но все это так приелось, что для остального мира это уже просто фоновый шум.

Что бы Том Хэнкс, который снялся в «Тернере и Хуче», сказал о Томе Хэнксе, который только что закончил «Ангелов и демонов»?

(смеется) О, об этом надо бы спросить Тома Хэнкса, но его, к сожалению, сейчас здесь нет.

Том Хэнкс: «Я хочу, чтобы мои фильмы меняли мир к лучшему»

У Тома Хэнкса случилась проблема с гримерной. Дважды лауреат «Оскара» и общепринятое национальное достояние, актер только что прибыл в Freud Playhouse, актовый зал Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе; в каждой руке у него по спортивной сумке, за ним следует его жена Рита Уилсон. Прошло тридцать пять лет с тех пор, как Хэнксы зарабатывали, выступая в местах, подобных Freud ― зал на 567 мест, где последней постановкой была студенческая версия мюзикла «A Chorus Line», ― и хотя Тома считают человеком простым и непритязательным, он привык к определенному уровню комфорта, как и подобает человеку, завтракающему с президентами и обедающему с премьер-министрами. Так что когда он видит клочок бумаги со своим именем, приклеенный к двери тесной гримерной, которую он должен делить с женой, актер хмурится ― по его лицу видно, что он недоволен.

Но Том не из тех, кто будет устраивать сцены. Найдя помощника, он сразу переходит к делу. «Эй, нам не нужна своя раздевалка. Отдайте ее кому-нибудь другому. А мы разойдемся по общим», ― говорит он, все еще держа в руках сумки. А потом хитро улыбается: «Ну, вы понимаете: я к девочкам, она ― к мальчикам».

© Steven Georges/Press-Telegram/Corbis/

А вы думали, он будет возмущаться? Это же Том Хэнкс! Всеобщий любимец в масштабе страны, самый славный парень в шоу-бизнесе. Его легко можно представить в общественной уборной, раздающим бумажные полотенца. И хотя недавно он попал на передовицы ― во время пресс-конференции на кинофестивале в Торонто, приуроченной к показу фантастической эпопеи «Облачный атлас» (снятой режиссерами «Матрицы»), актер ополчился на организаторов за то, что они «устроили загон для знаменитостей, будто для быков, которых ведут на убой», ― то, что такая незначительная придирка уже считается поводом для скандала, свидетельствует о его безупречной репутации.

История восхождения Хэнкса к вершинам славы довольно примечательна. Его часто называют актером старой школы, человеком, который мог бы сняться в фильме Фрэнка Капры, персонажем рисунков Нормана Рокуэла. Но в последнее десятилетие он фактически стал внешней совестью нации ― учителем истории, рассказывающим нам о том, какими мы себя представляем. Он превратился из парня, с которым приятно тусоваться, в настоящего американского героя (с которым тем не менее все так же приятно тусоваться).

Юность Хэнкса пришлась на бурные шестидесятые. В это бурное время он умудрился не стать циником, а вместо этого целиком и полностью безоговорочно принял все ценности своей страны. Он ― рубаха-парень, честный и совершенно не склонный к скептицизму. Он снимается в фильмах (про войну, про космос) и продюсирует фильмы (в основном про войну и космос), которые отражают наши лучшие качества, повествуют о нашем прошлом и предугадывают наше будущее. К этой роли Том относится совершенно серьезно. Одним из немногих проблемных моментов его в остальном безупречной карьеры стал случай, когда Хэнкс назвал сторонников калифорнийского законопроекта, направленного против однополых браков, «анти-американцами» ― тогда казалось, что это худшее обвинение, которое можно услышать из его уст. Даже когда он взял свои слова обратно, заявив, что голосовать по велению своей совести ― «истинно американский поступок», его слова покоились на искренней вере в подлинной важности американских ценностей.

«Я думаю, что у нас прекрасная страна, но не считаю нужным продвигать какой-то ура-патриотизм. Есть определенные качества, свойственные только американцам: особого рода воля, упорство, стремление добиваться своего. Это не делает нас лучше других, но когда мы беремся за дело, работа спорится».

© George Pimentel/Getty Images

Хэнкс приехал в Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе, чтобы сыграть в спектакле, выручка от которого будет передана Лос-Анджелесскому шекспировскому центру ― некоммерческой организации под руководством его друга Бена Доненберга. Каждый год они с Уилсон собирают дюжину друзей-актеров ― людей вроде Билли Кристала, Мартина Шорта и Уильяма Шатнера ― и ставят одну из шекспировских комедий. Сегодня это «Сон в летнюю ночь», превращенный в их трактовке в психоделический мюзикл в духе шестидесятых. «Это партизанская версия Шекспира», ― говорит Том. Участники постановки встречаются после ланча, садятся за стол, читают текст по ролям, проводят одну генеральную репетицию, а через несколько часов уже выступают перед зрителями, заплатившими за билет до тысячи долларов. Чем безумнее играет актер, тем лучше. «Весь смысл в том, что это несерьезно. Не нужно усердствовать. Однажды я позвонил Тони Хопкинсу, и тот сказал (тут он начинает говорить в аристократической хопкинсовской манере): «Слушай, меня постоянно просят поучаствовать в чем-то подобном, и это ужасно скучно. Отвратительная затея кучки снобов». А я ему: «Тони, да ты что, мы там отчаянно веселимся! Мы валяем дурака! Можно делать что угодно!» Тогда он сказал: «Ладно, попробуем. Кажется, это будет здорово!»

Разобравшись с гримерной, Хэнкс идет в буфет, чтобы выпить чашечку кофе. Он говорит, что в последнее время старается снизить потребление сахара, и поэтому пьет кофе с медом. «Я недавно встретил Алека Болдуина ― он был в потрясающей форме, и я сказал ему: «Мужик, да ты здоров как бык!» ― а он ответил (Том переходит на хриплый рев, подражая Болдуину): «Да. Это все сахар. Я от него отказался». И я сказал: «Во-первых, не одолжишь свой голос? Это лучший голос в мире! А во-вторых, я последую твоему примеру». Так бывает у многих: доживаешь до пятидесяти, обнаруживаешь, что концентрация сахара в крови повышена, и удивляешься: «Как, у меня тоже? Не может быть». Но это правда!»

© SUPPLIED BY PHOTOFEST/RETNAUK

Хэнксу пятьдесят шесть, и он все еще выглядит как настоящий киногерой ― неплохо для человека, описывавшего себя как «вислоухого парня со смешным носом, жирным задом, глазами как у китайца и животом, за которым нужен глаз да глаз». Он сидит на улице в голубом поло, джинсах и коричневых рабочих ботинках, и единственное, что ему не очень идет, это усики в стиле Джона Уотерса, которые он недавно отрастил и теперь все время трогает, будто они накладные и актер боится, что они отвалятся. «Дерьмовые усики», ― признается Хэнкс. Он отрастил их для своей следующей роли: ему предстоит сыграть Уолта Диснея. «Работа над моими усиками ― это как строительства Диснейленда, она никогда не будет окончена», ― говорит актер.

― Вы поглядите на этого красавца! ― кричит подошедший Седрик Весельчак.

― Эй, мужик! Как дела? Рад тебя видеть! Спасибо, что пришел, ― откликается Хэнкс.

― Ага. Это же будет весело, правда? ― неуверенно произносит Седрик, впервые участвующий в таком мероприятии.

― Да, будет круто.

― Я просто почти не читал Шекспира.

Хэнкс улыбается:
― Это только плюс!

Разговаривая с людьми о Томе Хэнксе, быстро устаешь от славословий. Друг Тома Мартин Шорт описывает его как «очень вежливого, очаровательного, душевного парня с развитым, пытливым умом». Подруга актера Мег Райан говорит, что он «простой, веселый, легкий в общении, умный, сильный духом и просто приятный во всех отношениях человек». Ник Пилегги, сценарист «Славных парней» и «Казино» и бывший муж Норы Эфрон, режиссера фильмов «Неспящие в Сиэтле» и «Вам письмо» с участием Хэнкса, говорит, что он «очень интересный, рассудительный и компанейский человек». Акула музыкального бизнеса и один из основателей DreamWorks Дэвид Геффен говорит: «Ему все на свете интересно, он много читает, он все время чем-то занят. Том ― добропорядочный гражданин, которым можно восхищаться, не ощущая себя при этом глупцом». Поговорив со знаменитыми друзьями Тома ― а они все знамениты, ― начинаешь чувствовать себя как Джулия Робертс, которая, когда ей несколько лет назад поручили выступить в финале вечера в честь актера, сказала то, что ей только и оставалось сказать: «Значит так, сейчас уже поздно, я плачу няне сверхурочные и хочу пи-пи, так что скажу коротко: тебя все любят, мать твою!»

© Pete Souza/The White House

Но если провести с Хэнксом чуть больше времени, вырисовывается более контрастный портрет. Например, он любит быть в центре внимания. Мег Райан, игравшая возлюбленную Тома в трех фильмах, говорит, что в этом нет эгоизма: просто Хэнкс знает, что нравится людям и хочет доставить им радость. Но кроме того, он любит смешить. На съемках «Облачного атласа» Том развлекал всех после долгого рабочего дня тем, что по заказу читал свои реплики в разной манере: а теперь изобрази Аль Пачино! Теннесси Уильямса! Толстого! Франкенштейна! Режиссер Том Тыквер говорит, что съемочный коллектив был готов продлить работу над фильмом еще на сто пятьдесят дней и что Хэнкс был этому только рад. Все это напоминало случай из детства, когда маленький Том, ехавший куда-то с семьей, услышал воркующего голубя и сказал: «Чу, голубь!» ― и его собственная реплика так его позабавила, что на протяжении всей поездки он повторял тем же тоном: «Чу, коровы!», «Чу, я хочу в туалет!»

Еще иногда Том ведет себя как козел. Это все равно что сказать, что Санта-Клаус ненавидит детей, но актер и сам признается, что это правда: «Иногда я бываю жестким. Были встречи, когда стоило мне только открыть рот, и все тут же шло насмарку. Мне следовало бы сказать: «Давайте не будем эгоистами и скажем все, что каждый думает». Но сперва я показываю себя с худшей стороны, а потом уже произношу эту фразу».

В шекспировской постановке Том играет роль одного из шести актеров, ставящих пьесу внутри пьесы. Его герой ― ткач по имени Ник Основа, который все время переигрывает. Ему под стать переигрывает и сам Том, изображая торчка в духе «Большого Лебовски», речь которого пересыпана обращением «чува-а-ак»; в сцене, когда Основа изображает гибель своего персонажа, Хэнкс отрывается по полной.

В начале четвертого действия Том должен вызвать одного из зрителей на сцену. Счастливчика зовут Кен, и оказывается, что он заплатил шесть тысяч долларов в онлайновом благотворительном аукционе за возможность произнести одну-единственную реплику, которую принадлежит фее Паутинке. Казалось бы, Хэнксу стоит быть за это благодарным, но пока зритель поднимается на сцену, Том ведет себя не очень-то вежливо.

― Поторапливайся, Паутинка! Сколько ты заплатил за эту роль? ― понукает он.

Кен выходит на сцену. Наступает его минута славы, он нервничает. «Готов, ― говорит он и произносит свою реплику: ― «Что пожелаешь?» Однако Хэнкс, вместо того чтобы ответить, оборачивается к нему и говорит с легким высокомерием: «Хорошая работа, парень. Зрители хлопают и все такое. А теперь ― изыди, дилетант!»

© Wilfredo Lee/AP Photo

Но даже если этот момент можно назвать неловким, вскоре все встает на свои места. Балаган продолжается: Кристал отпускает шуточки о гоях, Шорт, одетый в боди телесного цвета с пририсованным пенисом, изображает Кэтрин Хэпберн. В какой-то момент Седрик Весельчак принимается болтать со зрителям. «Извините, у меня просто мало реплик», ― говорит он. «Это правда, по сценарию ― мало», ― встревает Хэнкс. Курт Рассел и Голди Хоун в зрительном зале готовы лопнуть от смеха. В финале наступает полный кавардак. Хэнкс рвет листок со своими репликами надвое и швыряет обрывок в другой конец сцены: «Ох уж этот придурок Шекспир!» Зрители ликуют.

Том нечасто отрывается таким образом. Актера раздражает часто повторяемое утверждение, что он всегда играет одного и того же персонажа ― Тома Хэнкса. Ведь сейчас он снимается не в шестом сиквеле Форреста Гампа. «Когда мы работали над «Проклятым путем», журналисты говорили: «Вы всегда играете хороших парней!» Я мужику башку прострелил, а они: «Да, но на то были веские причины». В «Зеленой миле» я играл палача, я поджарил трех человек. «Да, но вы сделали это, чтобы стать лучше». Безнадежно».

Вот как Том Хэнкс описывает свой обычный день:

«Ну, сначала я выпинываю собаку из спальни. У нас белая овчарка Клео, она будит меня тем, что тычется в меня мордой и лижет руку. Вчера она проснулась в 6:30, и я проснулся вместе с ней. Поставил кофе, раскрыл газету. Когда к столу спускается жена, я уже полон сил и набрался мнений на день вперед. Детей в доме нет ― мой шестнадцатилетний сын учится в школе-интернате. Он сам так захотел, не подумайте, что мы его туда заслали! Так что мы с женой дома вдвоем. Мы читаем газету, я немного занимаюсь ― нужно следить за фигурой. Час легких тренировок ― гантели, отжимания, беговая дорожка. Тренируюсь я под шоу Леттермана ― такой у меня таймер. Как только появляется Крейг Фергюсон (ведущий «The Late Late Show with Craig Ferguson», ― прим. RS) ― пора кончать.

Потом мы встретились с Тимом Алленом. Мы стараемся встречаться чаще, но получается примерно семь раз в год ― беседуем о том, что в жизни происходит. Мы обедали и болтали часа два с половиной. У Тима мозги инженера. Он способен говорить о неправильном устройстве кондиционеров. Он сам разработал дрель и пробовал продать идею Black & Decker или кому-то еще. Он такой, честное слово.

Все было закрыто по случаю Йом-Киппура, так что я вернулся домой и посмотрел «Мою прекрасную прачечную», раньше ее не видел. Дэниел Дэй-Льюис вне конкуренции! Потом наступило время обеда. Без детей все позволено, так что мы часто выбираемся куда-нибудь, проводим время в обществе. Но прошлым вечером мы с женой ужинали дома, смотрели новости по BBC и NBC, а потом «Вегас», потому что там снимается наш друг Деннис Куэйд, а сценарий написал наш друг Ник Пилегги, и Майка Чиклисса мы тоже вроде как знаем: он грек и Рита ― гречанка, а все греки знают друг друга. Потом она занималась какими-то делами, а я смотрел «Сердца и умы», документальный фильм 1974 года про войну во Вьетнаме.

Хоть я и не еврей, но в душе раскаялся за свои проступки. Иногда я веду себя как свинья, мало времени провожу с детьми, бываю довольно… грубым. Но покаяние заняло пару минут, и теперь я чувствую себя отлично. Потом я почистил зубы, лег в постель, немного почитал «Варшавских шпионов» Алана Ферста и заснул. Вот такой у меня был Йом-Киппур».

© Ron Edmonds/AP Photo

Одна из главных тем «Облачного атласа» ― то, что незначительные происшествия могут иметь значительные последствия. За завтраком (яичница-болтунья, копченый лосось, каперсы, тост, грейпфрутовый сок) в нью-йоркском кафе Хэнкс размышляет об этом. «Если проследить переход от того, какими мы были раньше к тому, какими мы стали, то стоит исключить любую мелочь ― и все изменится. Например, если бы я не участвовал в шоу в Сакраменто, то вообще не стал бы актером».

В колледже в Сакраменто Хэнкс не мог получить работу в театре, и поэтому подрабатывал летом на Шекспировском фестивале у Великих озер, меняя декорации и таская костюмы. Люси Бредесон-Смит, близкая подруга Хэнкса, до сих пор работающая в театре в Кливленде, вспоминает, что Том был милым трудолюбивым парнем, душой компании. «Меня постоянно просят вспомнить что-нибудь, компрометирующее Тома. Но ничего такого не было». Она рассказывает, как они с друзьями однажды вечером смотрели «Saturday Night Live». «Ведущим был Стив Мартин ― мы все катались по полу от смеха. И тут Том сказал: «Однажды я стану ведущим этого шоу. И мы с ним согласились».

Сейчас Том хорошо играет роль знаменитости. Как ни банально это звучит, но это тяжелая работа. Подумайте: скольких актеров первого ряда, вы сможете вспомнить, которые не страдают от того, что они все время на виду? Джордж Клуни. Наверное, Уилл Смит. Брэд ― да, Анджелина ― нет. Возможно, Джастин Тимберлейк. И на этом все. Хэнкс никогда не швырял мобильники, не прыгал на диване, у него не было срывов. Вот уже двадцать пять лет он находится под пристальным взором публики, и при этом с его лица не сходит улыбка. Известность его устраивает.

После завтрака, выпив три чашки кофе, актер прогуливается по Пятой авеню у Центрального парка. Впереди, на углу, несколько туристов, видимо итальянцев, пытаются получить карту метро. Завидев приближающегося Тома, они ведут себя так же, как ведет себя почти всякий, кто видит на улице знаменитость: «Это он? Кажется, он. Попросим его сфотографироваться? Нет, лучше не надо». Хэнкс, увидев все это, берет дело в свои руки.

«Привет, как дела? Хотите сфотографироваться?» ― обращается он к ним издалека. Такой поступок показался бы странным, будь на месте Тома кто-то другой, но они действительно хотели сфотографироваться и стеснялись попросить об этом, а Том был рад им помочь. Это пример первоклассного селебрити-сервиса на высшем уровне.

Мег Райан вспоминает еще один такой случай. «Мы снимали что-то в Нью-Йорке и сидели на остановке. Между дублями подъехал автобус, и пассажиры стали нам махать. Мне стало ужасно неловко, но Том посмотрел на меня и сказал: «В чем проблема? Помаши им! Что в этом такого?» Иногда знаменитым людям кажется, что ими интересуются как личностями. Но это не так, и похоже, Том всегда это понимал».

Хэнкс шагает дальше. Ему здесь нравится. Они с Уилсон купили дом в верхнем Ист-Сайде двадцать лет назад, когда дети были еще маленькими и любили играть в парке, и когда они бывают в Нью-Йорке, то живут там. Сейчас они приехали в город, чтобы выступить на благотворительном вечере в честь двадцатипятилетия Фонда детского здоровья, основанного Полом Саймоном. («Я на благотворительных гастролях», ― шутит Том.) Уилсон будет петь, а Хэнкс ― аккомпанировать ей на гитаре. «Помнишь, в «Spinal Tap» ручку громкости вывернули до одиннадцати? Я выверну ее на минус один. Я стану самым тихим гитаристом в истории», ― говорит актер.

© Vince Bucci/AP Photo

Том всегда был большим любителем рок-музыки. Когда его влияние в Голливуде стало достаточно большим, чтобы позволить ему самому поставить фильм, он снял «То, что ты делаешь», о группе эпохи The Beatles, записавшей один суперхит. Его продюсерская фирма Playtone названа в честь лейбла из этого фильма. (Сегодня Playtone ― мощная компания, продюсирующая такие сериалы, как «Джон Адамс» и «Тихий Океан», а также столь нехарактерные для Хэнкса фильмы, как «Там, где живут чудовиища» и «Игра изменилась». За последний Хэнкс получил премию «Эмми», которую прикрепил к капоту своей машины.)

Playtone также продюсирует церемонии введения в Зал славы рок-н-ролла, и в 2008 году Хэнкс ввел туда The Dave Clark Five, рассказав тоном сенатора о том, как в юности рок-н-ролл расширил его мир, позволив внутренне вырваться за пределы городка Ред-Блафф в штате Калифорния. Том видел выступление The Beatles на шоу Эда Салливана, слушал радио своей сестры, динамик которого был размером с донышко банки из-под кока-колы, и экономил мелочь для музыкального автомата, стоявшего в местной пиццерии. Пятьдесят лет спустя былые кумиры Хэнкса стали его друзьями. Среди них лауреат «Оскара» за музыку к фильму «Филадельфия» Брюс Спрингстин. Недавно Том с Робби Робертсоном из The Band тусовались в доме Геффена в Беверли-Хиллз, где они обедали рыбой и лобстером с картошкой, попутно обсуждая проблемы европейской экономики и Ближнего Востока с бывшим премьер-министром Великобритании Тони Блэром. Геффен говорит, что сам часто бывает в гостях у Хэнкса и Уилсон: «У них замечательный дом, очень красиво обставленный, и они любят развлекать гостей».

Хэнкс шагает дальше. Неподалеку отсюда состоялось одно из первых свиданий Тома с его будущей женой ― они держались за руки у фонаря на углу Пятой авеню, рядом с парком, и он сказал ей, что чтобы он был счастлив, ей достаточно оставаться просто такой, какая она есть. Они познакомились более тридцати лет назад, когда у Риты была гостевая роль в ситкоме «Приятели». Однако следующая их встреча произошла лишь три года спустя, когда оба снимались в фильме «Добровольцы». (С этим связана еще одна история: человек, отвечавший за кастинг, отказал Уилсон, но потом режиссер фильма увидел ее фотографию в доме друга и потребовал, чтобы она снова прошла прослушивание.). В свое первое свидание они ходили на документальный фильм о группе Talking Heads «Stop Making Sense». Хэнкс сделал Уилсон предложение в новогоднюю ночь 1987 года, когда они отдыхали в Сент-Бартсе с исполнителем главной роли в «Робокопе» Питером Уэллером. Они женаты уже почти двадцать пять лет и до сих пор без ума друг от друга. Он зовет ее «рысенком», «куколкой» и «сахарочком», она его ― «волком». «Она умеет сходится с людьми. Это потрясающе, я так не умею, ― говорит актер. ― Она не знает страха. Она интересный, очень интересный человек».

В целом, однако, Хэнкс не готов говорить про свою жену. «Мы и так превратились почти что в товар, куда уж дальше. Мы никогда не появлялись вместе на телевидении, не проводили дома публичных мероприятий. Ну что мы можем сказать? Мне нравится она, я нравлюсь ей. Иногда я вывожу ее из себя, но я не хочу, чтобы вы знали, когда именно».

Это маленький секрет Тома Хэнкса. Когда видишь его на церемонии вручения «Оскара» или на открытии памятника ветеранам войны, думаешь: «А, Том Хэнкс. Я знаю этого парня». Но на самом деле не знаете. Вы знали, что это для него не первый брак? Что давнишний развод актера сопровождался судебными баталиями, запретительными постановлениями и оскорблениями? Или что родители Тома тоже развелись и к десяти годам он успел пожить в десяти разных домах с тремя мачехами? Когда Хэнкс появился на обложке Rolling Stone двадцать четыре года назад, Салли Филд сказала о нем: «Он очень интересный и легкий в общении, но у него есть скрытая темная сторона». Актер заявляет, что это по-прежнему так, но не считает нужным об этом говорить.

«Из-за-того, чем я занимаюсь, случается, что я чувствую боль и грусть. В остальном я просто счастливчик. Но весь смысл в том, чтобы сохранять равновесие, будто ходишь по канату, ― объясняет он. ― Мы с Салли делали кино «Изюминка», о напряженной атмосфере в тусовке комиков ― такую атмосферу можно найти где угодно, не придется даже глубоко копать. Но это нужно анализировать в творчестве и откровенных разговорах с детьми».

«Я скажу ужасную вещь. По-моему, Том ― взрослый мужчина. Он сам себе голова. Он не обязан отвечать на все вопросы. Такими и должны быть мужчины», ― говорит Пилегги.

Мег Райан разделяет это мнение. «Я думаю, прелесть общения с Томом в том, что у него есть сложности, но мы никогда не узнаем, какие именно, ― говорит она. ― Мне кажется, это мудро. Киноактер должен быть чистой доской: зрители наделяют его качествами, которыми в их представлении должен обладать хороший парень. Том не станет с этим спорить. Он достаточно умен, чтобы внушить нам, что мы его знаем, хотя на самом деле это не так».

Вот вам задача на знание киноистории ― назовите актера, в карьере которого было более впечатляющее шестилетие: «Их собственная лига», «Неспящие в Сиэтле», «Филадельфия», «Форрест Гамп», «Аполлон-13», «История игрушек», «Спасти рядового Райана».

Серьезно, попробуйте. Не выйдет. С Томом Хэнксом 1992–1998 годов не сравнится никто ― как с Майклом Джорданом в период между 1987-м и 1993-м и The Rolling Stones периода с 1966-го по 1972-й. Даже шесть следующих фильмов с его участием («Вам письмо»,»История игрушек — 2″, «Зеленая миля», «Изгой», «Проклятый путь», «Поймай меня, если сможешь») стали бы полноценной карьерой для большинства актеров, хотя по меркам Хэнкса это второй сорт. Что и говорить о его фразочках, вошедших в повседневный обиход: «Бейсболисты не плачут», «Хьюстон, у нас проблемы», «Жизнь ― как коробка шоколадных конфет», «Уилсооон!». Том ― главный источник цитат в Голливуде. Когда он скончается, бедняге, которому будет поручено монтировать ролик памяти актера для показа на оскаровской церемонии, придется как следует выбирать. Недаром Хэнкс ― самый прибыльный актер в истории индустрии: его фильмы к настоящему моменту собрали в прокате восемь с половиной миллиардов долларов.

В последнее время в его карьере, однако, наблюдается спад. Сперва были «Игры джентльменов», примечательные в основном ужасными усами его персонажа. Потом ― третий фильм Стивена Спилберга с участием Хэнкса, «Терминал», который обошли по сборам «Вышибалы» с Беном Стиллером. «Код Да Винчи» и «Ангелы и демоны» были печальным зрелищем, хоть и оказались хитами, а последняя режиссерская работа Хэнкса, «Ларри Краун», и вовсе полный провал. («Ему очень хотелось снять этот фильм, и он снял его за гроши. Но никто не снимает только хитовые фильмы», ― говорит Геффен.)

К его чести, актер трезво смотрит на последние годы. «Иногда ко мне подходят и говорят: «Мистер Хэнкс, должен сказать: «Ангелы и демоны» ― это что-то потрясающее». ― Том смеется. ― Серьезно?» Актер тратит много усилий на развитие Playtone, и ради этого приходится жертвовать ролями. Но он заявляет, что это нормально. «Это искусство, старина. Что тут поделаешь? Пытаешься чего-то добиться, получается не всегда, но нужно продолжать работать. Любая великая группа, играющая много лет, находится в том же положении. Не все альбомы хороши ― но все еще слышно, что их музыка жива».

Режиссер «Облачного атласа» Том Тыквер, немец по происхождению, говорит, что Хэнкс нравится всем. «В германии «Спасти рядового Райана» стал поводом для бурных дискуссий, и я думаю, что участие Тома Хэнкса ― то, что привлекало к нему зрителей, ― объясняет он. ― Европейцы уже забыли, что Форрест Гамп ― американец». Во времена, когда наша репутация за рубежом слегка подмочена, обаяние Тома не вызывает сомнений. Он ― посол Америки, в отношении которого весь мир единодушен. Даже в Исламабаде никто не протестует против фильмов с его участием.

Давно поговаривают, что у актера есть будущее в политике. Это разумное предположение: он активный либерал, близкий к Клинтонам (ему доводилось спать в Линкольновской спальне) и Обаме (он читал закадровый текст в предвыборном ролике этого года). Хэнкс отстаивает права солдат и ветеранов и является одним из немногих людей с левыми убеждениями, патриотизм которых никогда не ставился под сомнение. Если бы комиссия Маккарти заседала сейчас, Хэнксу не о чем было бы волноваться. Голливуду он обязан своим имиджем, а своему происхождению ― старомодным простодушием. Он способен возводить мосты, приглашая на один званый ужин республиканца Клинта Иствуда и демократа Джека Валенти. Даже Билл Клинтон не прочь быть похожим на него: когда Майк Николс экранизировал «Основные цвета», Клинтон сказал, что хочет, чтобы его в фильме сыграл Хэнкс. Шорт говорит, что легко может представить себе Тома начальником киностудии или кандидатом на выборную должность. Однако Хэнкс утверждает, что это несерьезно: «Я не собираюсь никуда баллотироваться. Никогда».

© Kevin Mazur/Wireimage

Том утверждает, что для решения волнующих его проблем ― развития космонавтики или защиты прав ветеранов ― он может сделать больше как киноактер Том Хэнкс, чем как член какого-нибудь комитета. «Если я где-то появляюсь, люди идут туда, ― объясняет он. ― Это значит, что удается собирать больше денег, больше людей занимаются делом ― они звонят кому надо, строят дома, решают проблемы».

Хэнкс хочет, чтобы его фильмы меняли мир к лучшему. Он большой любитель истории, скупающий книги ящиками, и своих сыновей назвал Честером и Труманом Теодором. Хэнкс любит рассказывать людям о том, чего они раньше не знали. «У нас на Playtone есть своего рода манифест: «Что не так в общепринятых мифах?» Том старается быть как можно более точным ― снимать фильмы, которые становятся «историческими документами, такими, что их потом можно показывать на занятиях в школах и университетах». Этот подход вдохновил Хэнкса на работу над двумя новыми картинами: «Капитан Филлипс», об американском моряке, взятом в заложники сомалийскими пиратами, и «В саду зверей» ― о после США в Германии в годы перед Второй Мировой. (Сам бы он никогда не согласился стать послом: «Все эти торжественные приемы? Это все равно что всю жизнь провести на пресс-джанкете!»)

С возрастом Том стал подбирать для себя роли посложнее. «Я очень долго играл «таких, как все». Не какого-нибудь парня без имени, появляющегося, чтобы навести в городе порядок, а обычного человека в необычных обстоятельствах. Сейчас мне пятьдесят шесть, и я не думаю, что от меня ждут, что я спасу собаку и завоюю сердце девушки. Я и сейчас могу такое сыграть, но теперь я стал, так сказать, солиднее. Я играю более необычных людей. Теперь я опытный американец».

В «Облачном атласе» Том играет шесть разных ролей: от физика-ядерщика из семидесятых до доктора-злодея ― первого настоящего плохого парня в своей карьере. «В этот раз он играет довольно неприятных людей с ярко выраженными недостатками. И я видела, какое удовольствие он от этого получал», ― говорит партнерша по съемочной площадке Хэлли Берри. Мнения зрителей и критиков разошлись: некоторые называют фильм восхитительным шедевром, другие ― напыщенной ерундой. В любом случае, по словам Геффена, «это амбициозное кино, и Том получил большое удовольствие, работая над ним. А если оно не станет успешным ― ну что ж, такова жизнь, он здорово повеселился, играя злодея».

Возможно, в этом ключ к личности Тома: он быстро во все втягивается. Однажды актер долго не мог оторваться от книги про треску. Шорт вспоминает, как Хэнкс был заворожен книгой об истории картофеля. «Я бы мог пойти на HBO и сказать: «Картофель ― это самая важная вещь из всех, что мы достаем из земли. У меня есть идея шестичасового минисериала», и зуб даю ― мы бы во всяком случае сделали несколько подготовительных сценариев, ― говорит актер. ― Я такой чудак, меня интересует все на свете. По-моему, можно снять интересное кино о возведении моста через Миссисипи ― я смотрел документальный фильм, это было захватывающе. В моей голове роится столько забавных фактов, что я всем докучаю на званых ужинах. Рите приходится говорить: «Ну хватит уже про эту твою Веймарскую республику».

Хэнкс от души смеется над собой. «Но знаете, ― добавляет он, и его глаза сверкают, ― вот что интересно насчет Веймарской республики…»