Куклы с экспериментами

Содержание

Эксперимент с куклой Бобо

Экспериме́нт с куклой «Бобо» — социально-психологический эксперимент, проведённый Альбертом Бандурой и его коллегами Доротеей Росс и Шейлой Росс (Dorothea Ross, and Sheila A. Ross) в 1961 году. Данный психологический эксперимент проводился в рамках развития теории социального научения и был направлен на изучение влияния моделей поведения, увиденных людьми на примере действий других, на их собственное поведение. В частности, речь шла о том, как дети учатся и используют определённые поведенческие паттерны.

Целью исследователей было выяснить, будут ли дети в условиях свободы действий и отсутствия видимого наблюдения повторять определённые агрессивные действия, увидев ранее, как их совершают взрослые. В более общем смысле — будут ли проявляться увиденные ранее модели поведения в новых условиях, в которых модель не присутствует.

Предыстория исследований по данной тематике

Эксперименту с куклой Бобо предшествовали исследования Бандуры и Хьюстона в 1961 году и эксперименты Блайка и др. (Grosser, Polansky, & Lippitt, 1951; Rosenblith, 1959; Schachter & Hall, 1952) в 1952 году, результаты которых говорили о том, что в присутствии взрослого дети часто имитируют его модель поведения, а также что в ситуации социального взаимодействия наблюдение за реакциями человека, выступающего в роли поведенческой модели, оказывает фасилитирующий эффект на поведение испытуемых.

Эксперимент

Испытуемые

В данном эксперименте участвовало 72 ребёнка: 36 мальчиков и 36 девочек. Все дети были воспитанниками детского сада при Стэнфордском университете. Возраст детей был от 37 до 69 месяцев, средний возраст — 52 месяца.

Команда проведения эксперимента

В проведении эксперимента участвовали трое взрослых: мужчина и женщина, выполнявшие роль моделей, за которыми наблюдали дети, и одна женщина, которая организовывала исследование для каждого из 72 детей.

Метод

Данный эксперимент представлял собой лабораторный эксперимент с контрольной группой.

Переменные, рассматриваемые в эксперименте

Данные переменные были выделены в ходе проведения эксперимента.

Независимые переменные:

  • Факт наблюдения детей за какой бы то ни было моделью поведения или его отсутствие
  • Факт наблюдения детей за агрессивной или неагрессивной моделью поведения
  • Факт наблюдения детей за моделью поведения, демонстрируемой взрослым своего или противоположного пола
  • Пол ребёнка

Зависимые переменные:

  • Количество агрессивных действий,

в том числе учитывали такие реакции, как:

  • агрессивные
    • Имитация агрессивных действий (например, удар молоточком по кукле)
    • Имитация вербальной агрессии (например, повторение агрессивных фраз, использованных взрослым)
  • неагрессивные
    • Имитация неагрессивных вербальных ответов
    • Сидение верхом на кукле без проявления агрессии по отношению к ней

План и процедура эксперимента

Перед проведением эксперимента за его будущими участниками проводилось наблюдение в детском саду. В результате наблюдения, проведённого экспериментатором и воспитателями, хорошо знавшими детей, было составлено ранжирование по пятибалльной шкале для предварительного представления об индивидуальном поведении, нормальном для каждого из детей во взаимодействии с окружающим миром, позволяющего в дальнейшем более точно сравнивать поведение разных детей в экспериментальной ситуации. Поведению каждого ребёнка была дана комплексная оценка с точки зрения факторов физической и вербальной агрессии, сдерживанию агрессии и агрессии по отношению к неодушевленным предметам. (Оценка уровня сдерживания агрессивных проявлений в ситуации побуждения к агрессии отражала измерение агрессивной тревожности.)

За счёт независимой оценки обоими экспертами (экспериментатором и воспитателем ребёнка) 51 испытуемого ребёнка, была достигнута согласованность оценки; надежность общего балла агрессии, оцененного по значениям корреляции Пирсона, составила 0,89.

Общий балл был получен суммированием баллов по 4 вышеперечисленным факторам-шкалам агрессивности; на основе этих баллов испытуемые были объединены в тройки и случайным образом распределены между одной из двух экспериментальных групп или в контрольной.

Затем по возрасту, полу и оценке агрессивности, полученной в ходе наблюдения за детьми, было выделено 8 экспериментальных групп, по 6 детей в каждой, и одна контрольная, состоявшая из 24 детей.

Половине испытуемых из экспериментальных групп затем продемонстрировали агрессивную модель поведения, а половине — неагрессивную и подавленную. Эти группы были в дальнейшем разделённые по половому признаку. Половина из получившихся групп наблюдала за агрессивным и неагрессивным поведением взрослого своего пола, а половина — противоположного. Дети из контрольной группы не наблюдали никаких моделей, а только сами действовали в экспериментальной ситуации, изложенной ниже.

Проведение эксперимента

Детей по отдельности приводили в экспериментальную комнату, в одном углу которой ребёнка усаживали заниматься играми и творчеством, выделенными как наиболее интересные для детей в ходе наблюдения за ними в детском саду. Взрослого, исполнявшего роль поведенческой модели, провожали в противоположный угол комнаты, где были игрушечный молоток, надувная 5-футовая кукла «Бобо» и конструктор на столике. Сказав, что это игрушки для взрослого-модели, экспериментатор удалялся.

Затем в группе с демонстрацией неагрессивного поведения взрослый просто спокойно играл с конструктором.

В группе с демонстрацией агрессивного поведения взрослый играл с конструктором в течение первой минуты, но затем начинал проявлять агрессию по отношению к кукле и продолжал агрессивные действия до завершения времени, выделенного на эту часть эксперимента.

Чтобы определить, что дети проявляют именно имитационные реакции агрессии, копируя увиденное в эксперименте поведение взрослого, было решено, что модели должны демонстрировать относительно нестандартные, определённые и одинаковые агрессивные действия: они не только просто били куклу, но и проявляли агрессию менее стандартно, в том числе, садились на куклу верхом и били её игрушечным молотком по голове, затем пинали и подбрасывали по комнате. Данные типовые действия повторялись трижды, сопровождаемые вербальными агрессивными комментариями («Врежем ему по носу» и т.д.), а также двумя неагрессивными (например: «Он точно крепкий парень»).

Через 10 минут экспериментатор приходила за ребёнком, чтобы отвести его в другую экспериментальную игровую комнату (третью в порядке посещения испытуемыми) в соседнем здании за пределами детского сада, где, как и в первой комнате, находилась кукла Бобо, игрушечный молоток и конструктор, а также множество других игрушек — мелки, куклы, машинки, раскраски, мяч, игрушечный чайный сервиз. Все эти игрушки перед посещением комнаты каждым испытуемым выкладывались в определённом неизменном порядке, чтобы можно было сравнивать реакцию детей на них.

Но прежде, чем привести ребёнка туда, его помещали во вторую по счёту игровую с целью пробуждения в нём агрессии, нивелируя таким образом известное тормозящее влияние, обычно оказываемое на людей наблюдением чужой агрессивности, согласно исследованиям Розенбаума и Дерчармза.

Возбуждение агрессии достигалось наличием в этой второй «промежуточной» комнате множества привлекательных игрушек, но запретом играть с ними, следовавшим, как только ребёнок включался в игру с ними — в среднем через 2 минуты. Экспериментатор сообщала ребёнку, что эти игрушки она решила оставить для других детей, но он может играть, с чем захочет, в соседней комнате (третьей, упомянутой выше).

Каждый ребёнок-участник эксперимента находился в этой комнате 20 минут, в это время его поведение оценивалось по заранее установленным категориям реакций судьями, находившимися в соседней комнате, отделённой стеклом с односторонней прозрачностью. 20 минут были разделены на пятисекундные сессии и составили в общей сложности 240 единичных реакций для каждого испытуемого.

Для установления согласия наблюдателей экспериментальные сессии оценивали два эксперта (которыми выступили мужчина и женщина, игравшие роли моделей) независимо друг от друга, при этом в половине случаев эксперт выступал моделью в эксперименте с оцениваемым ребёнком и знал, какое поведение ему демонстрировалось, а в половине — не участвовал и не знал соответственно. Испытуемых, на которых повлияла демонстрация модели, было легко определить за счёт характерного поведения.

Измеренные реакции включались в высокоспециализированные выделенные классы поведения и имели высокую вероятность совместного появления с коэффициентом около 0,90.

Гипотезы

Учёные ожидали, что возможно в реальность воплотятся следующие гипотезы:

  1. Испытуемые дети, наблюдавшие агрессивное поведение взрослого, будут воспроизводить агрессивные действия, подобные действиям модели-взрослого, и в этом отношении будут отличаться по поведению от испытуемых, наблюдавших неагрессивные модели поведения, и от контрольной группы — детей, которым не демонстрировали никаких моделей поведения.
  2. Наблюдение за неагрессивным поведением взрослого приведёт к торможению агрессивных реакций.
  3. Испытуемые дети будут в большей степени имитировать поведение, наблюдаемое ими у взрослого того же пола, что и они.
  4. Мальчики будут демонстрировать более агрессивное поведение, чем девочки. (Согласно результатам исследований Фолс и Смит в 1956 году, дошкольники воспринимают различия в реакции родителей на их поведение, соответствующее гендерным стереотипам; то есть родители поощряют у детей поведение, соответствующее полу детей, и дети к этому чувствительны.)

Результаты

Согласно выделенным гипотезам:

Гипотеза 1: дети, наблюдавшие агрессивное поведение взрослых по отношению к надувной кукле, демонстрировали значительно больше самостоятельных агрессивных поведенческих реакций по сравнению с группой, наблюдавшей неагрессивное поведение взрослого, и контрольной группой, не наблюдавшей никаких моделей.

Гипотеза 2:

Мальчики, наблюдавшие неагрессивное поведение, демонстрировали значительно меньше агрессивных реакций, чем мальчики из контрольной группы.

  • Испытуемые, наблюдавшие неагрессивное поведение, демонстрировали значительно больше неагрессивной игры с куклой, чем испытуемые из контрольной группы и группы, наблюдавшей агрессию.
  • Испытуемые, наблюдавшие неагрессивное поведение, проводили вдвое больше времени в тихих и спокойных играх, чем наблюдавшие агрессию.

Гипотеза 3:

Дети действительно имитировали поведение взрослого своего пола больше, чем противоположного.

  • Мальчики демонстрировали больше имитации поведения модели-мужчины.
  • Девочки демонстрировали больше имитации поведения модели-женщины.

Гипотеза 4:

  • Мальчики чаще девочек имитировали физическую агрессию.
  • В проявлениях вербальной агрессии разницы по полу не обнаружено.
  • Мальчики значительно чаще девочек играли с игрушечным пистолетом, чем с раскрасками, игрушечным чайным сервизом и куклами.

Выводы

  1. Гипотеза 1 подтвердилась. Испытуемые, наблюдавшие агрессивное поведение, действительно демонстрировали агрессивное поведение моделей значительно чаще испытуемых других групп.
  2. Гипотеза 2 подтвердилась. Наблюдение за неагрессивным поведением обычно приводило к менее агрессивному поведению, чем у испытуемых из контрольной группы.
  3. Гипотеза 3 подтвердилась. Испытуемые как правило имитировали поведение взрослого своего пола больше, чем противоположного. При этом и мальчики, и девочки при проявлении агрессии имитировали чаще «мужское» поведение, чем «женское».
  4. Гипотеза 4 подтвердилась. Мальчики действительно чаще девочек демонстрировали физическую агрессию.

Влияние на теоретические представления

Таким образом, результаты проведённого эксперимента подтверждали теоретическое предположение теории социального научения о возможности научения определённому поведению через наблюдение его и дальнейшем проявлении данного поведения уже в новых условиях, без присутствия модели.

> Литература > Примечания

Видео

Самые жестокие научные эксперименты над детьми

Невероятные факты

Иногда наука бывает безжалостной. А что если ради спасения человечества, к примеру, от рака, будет необходимо оставить несколько десятков испуганных детей в лесу?

А если это нужно будет сделать всего лишь для удовлетворения научного любопытства?

Как вы думаете, ответы на эти вопросы очевидны? К сожалению, не для всех.

Некоторые ученые мужи не видят ничего страшного в том, чтобы во имя науки…

6) Оставить детей в диком лесу и натравить их друг на друга

Летом 1954 года турецкому психологу Музаферу Шерифу (Muzafer Sherif) пришла в голову интересная идея. Он подумал о том, что будет происходить, если две группы детей забросить в какое-либо очень отдаленное место, где нет людей и натравить их друг на друга, заставив враждовать.

Психолог не знал другого способа найти ответ на вопрос, кроме как провести самый настоящий научный эксперимент. Он собрал две группы, в каждой из которых было по одиннадцать 11-летних детей.

При этом детей уверили в том, что они едут в летний лагерь, где в течение трех недель их ждет безмятежное купание, рыбная ловля и лазание по горам.

Научные эксперименты, которые изменили мир

Ни один из детей не знал, что их родители перед самым «началом заезда» уже подписали контракт и дали согласие на участие их чад в этом эксперименте. Также никто не знал о том, что есть еще и вторая группа таких же детей, которая будет натравливаться на первую.

Первая неделя прошла очень хорошо, потому что две группы держались обособленно. Это время было предназначено на то, чтобы дети выстроили отношения внутри своей группы. В результате в обеих группах сформировалась иерархия, негласно были выбраны лидеры и придуманы названия – «Орлы» и «Гремучие змеи».

После того, как в группах была полностью «поделена власть» и стало понятно, кто ест кто, им позволили «случайно» прознать о существовании «себе подобных».

Пришло время второй части эксперимента. Это был период всяческих попыток ученых подстроить конфликты, после которых они внимательно наблюдали за тем, как далеко может зайти вражда.

Началось все с обычных игр типа баскетбола и перетягивания каната. Победители получали в подарок красивые перочинные ножи, а проигравшие таили обиду. Затем эксперты очень умело углубили конфликт, организовав вечеринку, на которую «Орлы» прибыли несколько раньше.

В итоге «Орлы» полакомились всем самым вкусным, что было на столе, а соперникам оставили лишь объедки. Ребят из второй команды, безусловно, это жутко обидело, и они начали выражаться очень нелицеприятно в адрес «Орлов».

Позднее началось бросание тарелками с остатками еды, которое продолжилось настоящей бойней. В итоге детей из разных групп одолевала жуткая ярость каждый раз, когда им приходилось видеть друг друга. Более того, постоянно при встречах они старались как-то напакостить соперникам.

Одним словом, Шериф и его команда сумели в кратчайшие сроки (менее трех недель) сделать из обычных детей, поведенческих проблем у которых не наблюдалось, стадо агрессивных дикарей. Браво, наука!

Стоит отметить, что психолог три раза проводил этот эксперимент с разными детьми. Результаты всегда были одинаковыми.

Жестокие эксперименты

5) Запрограммировать ребенка на насилие, а затем подсунуть ему клоуна

В начале 1960-х годов по инициативе психолога Альберта Бандура (Albert Bandura) группа ученых решила выяснить, способны ли дети подражать агрессивному поведению взрослых людей.

Для этого они использовали большого надувного клоуна, получившего имя Бобо, и сняли фильм, в котором «взрослая тетя» ругала, била молотком и пинала его. После этого видео было показано группе из 24 малышей дошкольного возраста.

Вторая группа детей увидела обычное видео, без насилия, а третьей группе не показали ничего.

После этого всех детей поочередно пускали в комнату, в которой находился клоун, молотки и игрушечные пистолеты, несмотря на то, что ни в одном из видео не было никакого огнестрельного оружия.

В итоге дети из первой группы, которые видели «мучения» Бобо, сразу же «взялись за дело»:

Один малыш даже взял в руки пистолет, приставил его к клоуну и начал рассказывать надувной жертве о том, как он вышибет ему мозги:

Дети из двух других групп не проявили даже никакого намека на насилие.

После проведения этого эксперимента Бандура рассказал о своих выводах научному сообществу, однако одобрения ему получить практически не удалось, потому как огромное количество скептиков высказывалось о том, что таким экспериментом доказать ничего нельзя, ведь резиновая игрушка для того и создана, чтобы ее пинали.

7 жесточайших медицинских экспериментов в истории

В ответ на эту критику психолог снял фильм, в котором происходили издевательства над живым Бобо. Потом все происходило по ранее известному сценарию. Как вы и догадались, дети повели себя аналогичным образом, даже еще усерднее били живого клоуна.

Но в этот раз никто не решился оспаривать выводы Бандуры о том, что дети подражают взрослым и имитируют их поведение.

Эксперименты психологов

4) Эксперимент со сломанной игрушкой

Психологи университета Айовы задались вопросом о том, каким образом у малышей формируется чувство вины. Для этого они разработали эксперимент «Сломанная кукла».

Суть была в следующем: взрослый показывал ребенку какую-то игрушку и повествовал очень душещипательную историю о том, насколько ему дорога эта кукла, как сильно он ее любит, и как в детстве он с ней играл. Затем игрушка отдавалась ребенку с указанием бережного к ней отношения.

Но как только кукла оказывалась в руках ребенка, она тут же «ломалась», причем безнадежно. Для этого в игрушку был встроен специальный механизм. Далее «по программе» взрослый глубоко вздыхает, а затем еще сидит и некоторое время молча смотрит на ребенка.

10 необычных мысленных экспериментов

Только представьте себе малыша, сидящего в мертвой тишине под тяжелым взглядом взрослого. Ребенок тупит глаза, съеживается и прячет голову под руками. И все это тянется долгую минуту.

Любопытно отметить, что малыши, максимально травмированные экспериментом с куклой, в последующие пять лет вели себя более, чем примерно по сравнению с теми, кого он практически не тронул.

Вполне вероятно, что некоторые дети поняли, что такое чувство вины, а может быть просто осознали: от взрослых можно ожидать все.

Самые жестокие эксперименты в психологии

3) Жестоко обмануть младенца

С того момента, когда малыши начинают ползать, они сразу осознают, что вниз по отвесным поверхностям ни в коем случае нельзя лезть, потому что можно упасть и удариться.

Но откуда детки знают, что им будет больно после падения, если они ни одного раза в своей жизни не падали?

По мнению экспертов из Корнельского университета (Cornell University) Ричарда Уолка (Richard D. Walk) и Элеонор Гибсон (Eleanor J. Gibson), для того, чтобы изучить данный феномен необходимо подтолкнуть малыша к «пропасти» и убедить его двигаться дальше.

Ученые создали «зрительный обрыв», особую конструкцию из толстого стекла и щитов. Затем они замаскировали полученную конструкцию при помощи текстиля с соответствующим рисунком.

10 противоречивых генетических экспериментов

В итоге получилась полная иллюзия того, что на месте стекла находится пустота, вплоть до самого пола. Никакой опасности для младенца нет, казалось бы, ничего страшного. Безусловно, физического вреда эта задумка – эксперимент не могла принести ребенку. Но…

Детей поочередно провоцировали на движение к «обрыву», а их матери находились на другом «конце пропасти», убеждая их ползти вперед. Иными словами, ученым удалось найти матерей, которые готовы были подтолкнуть своего ребенка сделать то, что он считал (причем правильно делал) гибелью.

Таким образом, перед малышами стоял выбор: следовать чувству самосохранения или быть послушным. Этому испытанию подверглись 36 младенцев от полугода до 14 месяцев. При этом только три малыша повиновались и проползли по стеклу.

Большая часть деток развернулась и поползла обратно от своих мам, ослушавшись их. Оставшиеся просто разревелись.

Стоит отметить, что несмотря на то, что практически никто из малышей не попался на удочку ученых, они, тем не менее, оказались на краю «обрыва», поэтому если бы ситуация происходила на самом деле, то они могли бы легко упасть.

По результатам этого эксперимента ученые сделали «сенсационное» заявление: детей ни в коем случае нельзя оставлять у края «пропасти» независимо от того, насколько у них развито чувство самосохранения и насколько хорошо они ориентируются в определении глубины.

Эксперименты над людьми

2) Использование детей-сирот как подопытных кроликов для тренировки будущих мам

Эти эксперименты проводились в те далекие времена, когда девочки в специальных заведениях учились вести домашнее хозяйство, готовить пищу и угождать мужу.

Одному из ученых тех времен пришла в голову «гениальная» мысль: использовать детишек, оставшихся без родителей, как живое пособие для того, чтобы обучать девочек как быть матерью. То есть дети-сироты выступали подопытными кроликами.

Леденящая кровь наука: самые страшные эксперименты

Приблизительно с 1920-х годов такие учебные заведения стали «одалживать» сотнями детишек – сирот из детских домов, на которых практиковались юные девчонки. Сироты находились в специальных комнатах, куда на время урока наведывалось по несколько «мам».

Настоящие имена детей не назывались, поэтому девочки давали им свои имена, зачастую это были обидные и издевательские прозвища. Спустя несколько лет работы сиротские «наглядные пособия» были пристроены в приемные семьи.

Эти «уроки» просуществовали до середины 1960-х годов.

Психологические эксперименты

1) Изуродованный пенис = эксперимент длиной и ценой в жизнь

Дэвид Реймер (David Reimer) родился вместе со своим братом близнецом в Виннипеге (Канада) в 1956 году. Когда малышу исполнилось 8 месяцев, родители по медицинским показаниям решили сделать мальчику обрезание.

Но, по непонятной причине, доктор, к которому родители принесли ребенка, вместо скальпеля воспользовался прибором для прижигания электрическим током – электрокаутером. Итог процедуры – пенис мальчика был практически сожжен.

Родители, естественно, были убиты горем и обратились за помощью к психологу Джону Мани (John Money), который изучал сексуальную идентификацию. Его рекомендация была крайне радикальной – операция по смене пола.

Главное, что интересовало родителей – это счастье их детей, поэтому они готовы были пойти на все, только бы видеть своих детей счастливыми. Однако, как выяснилось много лет спустя, самого доктора счастье мальчика интересовало в последнюю очередь.

Мани просто решил, что такую уникальную возможность упускать нельзя и превратил эту ситуацию в эксперимент, результаты которого должны были доказать, что именно воспитание играет ведущую роль в гендерной самоидентификации и сексуальной ориентации, а не природа.

Более того, психолог полагал, что наличие у Дэвида брата близнеца – это уникальный шанс подтвердить данную гипотезу.

Однако, проблемы начались тогда, когда Дэвид никак не соглашался быть Брендой. «Девочка» постоянно отказывалась носить юбки и платья, «она» не хотела играть с куклами, которыми была заполнена ее комната, «ее» всегда тянуло к машинкам и пистолетикам брата.

Самые неэтичные научные эксперименты

Даже в детском саду, а впоследствии и в школе Дэвида-Бренду регулярно дразнили за то, что ребенок ведет себя как мальчишка.

Убитые горем родители снова отправились к психологу, но Мани заверил их, что это всего лишь трудный возраст и совсем скоро все наладится. Параллельно с тем, как рос ребенок, жестокий психолог писал и опубликовывал научные статьи об этом «эксперименте». Мани считал это своей победой и полным научным триумфом.

Позднее, когда Дэвид вырос и выяснил всю правду, «доктор» свернул свою деятельность и перестал публиковаться. Несколько десятилетий о нем ничего не было слышно. Лишь в 1997 году всплыли документы, из которых было понятно, какой невероятный ущерб принес эксперимент Мани бедному мальчику.

Дэвид перенес многочисленные операции по «возвращению» в свой пол. Но новый образ жизни так и не принес ему желанного покоя. В возрасте 38 лет Дэвид покончил жизнь самоубийством, выстрелив себе в голову.

10 простых экспериментов для детей, которые легко повторить дома

Мотивировать ребёнка изучать физику и химию в школе можно разными способами. Например, долго объяснять, что они пригодятся в будущем для поступления в вуз. Или просто показать ему несколько классных фокусов… ой, нет, опытов, которые наглядно демонстрируют, насколько интересной может быть наука. Обязательно попытайтесь повторить это дома!

Рассылка «Мела» Мы отправляем нашу интересную и очень полезную рассылку два раза в неделю: во вторник и пятницу

1. Достать монетку из воды, не намочив рук

Положите монету в тарелку и налейте воды. Можете сказать ребёнку, что у вас получится достать её, не прикасаясь к воде. Поставьте свечку в центр тарелки и через какое-то время накройте её стаканом. Огонь быстро погаснет, а вода поднимется вверх по перевёрнутому сосуду, открыв монету.

Почему так происходит. Когда свечка погасла, разгорячённый воздух стал остывать и, соответственно, уменьшаться в объёме. Давление внутри стакана стало стремительно падать, и вода из тарелки заполнила пустующее место.

2. Положить тяжести на яичную скорлупу

Аккуратно разбейте куриное яйцо на две части или не спешите выбрасывать их после готовки. Они пригодятся для следующего опыта.

Скорлупа куриного яйца очень хрупкая. Положите на неё любой груз (например, книгу), она тут же сломается. Но поставьте четыре половинки скорлупы как ножки, накройте их пластиком, а затем опустите на него ту же книгу. Теперь скорлупа способна выдержать её вес. Вы можете даже положить на книгу дополнительный груз, чтобы увидеть, насколько прочна эта конструкция.

Почему так происходит. Дело в том, что прочность конструкции зависит не только от материала, но и от его формы. Куполообразная форма «арочнообразно» распределяет вес по скорлупе и повышает её грузоподъёмность в несколько раз.

3. Из дыр в бутылке не выливается вода

Налейте воду в пластиковую бутылку и закройте крышку. Булавкой проделайте в бутылке одну или несколько дырок. Конечно, из отверстий тут же польётся вода. Но спустя пару секунд остановится и не будет вытекать, пока вы вновь не откроете крышку.

Почему так происходит. Вода остаётся даже в бутылке с дырками благодаря поверхностному натяжению. В момент, когда вы открываете крышку, содержимое сосуда начинает сверху вытеснять атмосферное давление, силы натяжения не хватает, и вода выливается. Таким образом, зная физическую основу этого фокуса, вы можете с помощью крышки регулировать поток воды.

4. Жидкость течёт вверх

Налейте в один бокал воду, в другой — масло. Положите вырезанный кусок картона на бокал воды и переверните. Картон как будто приклеится к бокалу и не будет падать вниз. Бокал воды горлышко к горлышку положите на бокал с маслом. Затем аккуратно сдвиньте картон, создав небольшую щель между двумя сосудами. После этого масло «потечёт» вверх, а вода начнёт перемещаться в нижний бокал.

Почему так происходит. Масло легче воды, поэтому будет как будто течь наверх, пока полностью не вытеснит воду.

5. Вода мгновенно превращается в лёд

На полтора часа положите бутылку простой воды в морозилку горизонтально. Затем аккуратно достаньте её из холодильника, встряхните или резким движением поставьте на стол. Охлаждённая вода моментально превратится в лёд.

Почему так происходит. Сначала воде недоставало центра кристаллизации. Но после встряхивания кристаллы льда соединяются друг с другом, и вода мгновенно замерзает.

6. Мост из бумаги

Сложите из книг две небольшие башни. Положите два листа бумаги сверху, соединив их как мост. Этот мост ожидаемо окажется не очень крепким, любой груз продавит его вниз. Но бумажный мост может быть гораздо прочнее. Сложите те же листы гармошкой и вновь положите их между книгами. Теперь мост выдержит даже ещё одну книгу поверх.

Почему так происходит. Конструкция стала прочнее благодаря «ребру жёсткости» — технологии, которая применяется в реальном строительстве. Ширина опоры увеличилась, и поэтому возросла грузоподъёмность даже моста из бумаги.

7. Опыт с равновесием

Возьмите винную пробку. С двух сторон воткните в неё вилки. В торец пробки воткните зубочистку или иголку. Затем положите зубочистку на край стакана. Вся конструкция опирается на зубочистку и остаётся в равновесии.

Почему так происходит. Две вилки, зубочистка и пробка образуют твёрдое тело. Из-за сложной формы тела его центр масс находится ниже точки опоры, что позволяет сохранять равновесие.

8. Яйцо затягивает в бутылку

Возьмите очищенное и сваренное яйцо и попробуйте протолкнуть его внутрь бутылки. Скорее всего, у вас ничего не получится, яйцо не пройдёт через горлышко. Но есть другой способ. Смочите ватку спиртом, подожгите её и поместите внутрь бутылки. Теперь положите яйцо на горлышко бутылки, и оно само, без ваших усилий, упадёт в бутылку.

Почему так происходит. Часть воздуха в бутылке сгорела, внутри образовалось пониженное давление, и давление снаружи затолкнуло яйцо.

9. Бинт вместо крышки

Наполните стакан водой. Сверху накройте стакан марлей или бинтом и закрепите её резинкой. Затем переверните стакан. Часть воды останется в стакане и упрётся в марлю как в крышку.

Почему так происходит. Вода не проходит через обычную тряпку благодаря поверхностному натяжению. В промежутках ткани возникла водяная плёнка, и её сила удерживает содержимое стакана вместе с атмосферным давлением, которое действует на него снаружи.

10. Левитирующие шарики

Включите фен и поместите теннисный шарик в поток воздуха. После этого он повиснет на месте и не сдвинется, даже если повернуть фен и дуть на шарик под другим углом. При желании и достаточной ловкости в поток можно добавить ещё один шарик.

Почему так происходит. Давление внутри струи воздуха ниже давления снаружи. Разница давлений и создаёт силы, которые действуют со всех сторон и удерживают шарик.

Про собаку Павлова знают все. Если бы у советской науки был герб — там была бы изображена она. Однако не одна, а с маленькими, налысо стриженными детьми. Перебираем скелеты в шкафу самого известного русского физиолога: сказ о том, как Павлов опыты над беспризорниками ставил.

Почему Павлов остался в России

Советским ученым приходилось несладко — особенно в период после революции. При Сталине были расстреляны десятки академиков, профессоров, лучших специалистов. Вот можно посмотреть на расстрельный список, в котором 41 человек — из этих людей можно сформировать профессорский состав передового университета. В такой социально-политической обстановке, казалось бы, нужно сидеть тише воды и ниже травы, но… как ни странно, Иван Павлов чувствовал себя очень комфортно.

Обладая взрывным, подвижным, непримиримым характером, Павлов часто критиковал власть, но ему все сходило с рук. Кроме того, ученый не заботился о материальных благах: будучи человеком науки, он не требовал роскоши. Еще в 1904 году, когда учёный получил Нобелевскую премию, ему стали поступать многочисленные предложения из разных стран: переезжайте к нам, Иван Петрович, мы вам и лабораторию поставим, и все условия создадим. Имея возможность спокойно уехать в уютную Швецию, Павлов предпочел домику с видом на озеро грязную съемную квартирку в Ленинграде. Что-то он не выглядит как умнейший человек своего времени, усмехнешься ты, но у академика были на то веские причины.

Пытливый гений физиолога в то время добрался до человеческого мозга — Павлов мечтал исследовать физиологию людей и механизмы рефлексов. Однако для этого нужна была не собака и не кролик, а, собственно, человек. Европейцы во все времена скептически относились к опытам над людьми, вопросы этики и морали для них тут стояли выше интересов медицины (давай вспомним историю о том, как в 17 веке врачам приходилось воровать из больниц трупы, чтобы исследовать патологии). Шведские моралофаги ни за что бы не разрешили ему резать людей — даже во имя науки. Но в России 1930-х ситуация складывалась иначе: то ли представители власти мыслили прогрессивнее зарубежных коллег, то ли им просто было не до вопросов этики, не суть важно. Павлов, пожертвовав собственным комфортом и благосостоянием, решил остаться здесь и воспользоваться шансом пролить свет на тайны наших черепных коробок. Власти страны Советов, выслушав творческий замысел ученого, ответили: не вопрос, братан, — и проблема обеспечения «материалом для исследования» решилась сама собой. Революция, война и голодомор оставили на улицах множество беспризорных детей.

«Возьмите меня в лабораторию есть клюкву»

Если покопаться в интернете, можно найти шокирующие описания того, как Павлов экспериментировал в лаборатории над детьми. Впечатлительные авторы живописуют опыты в красках — складывается впечатление, что читаешь не про Павлова, а про Йозефа Менгеле. Кроме того, есть даже видео, на котором запечатлен процесс эксперимента: сперва в кадре мы видим бритого ребенка неопределенного пола со странной штуковиной, торчащей из щеки. Ребенка кормят с ложки, вид у него не очень-то счастливый. Мрачноватая картинка, но дальше еще хлеще. Малышу лет шести крепят какой-то странный прибор на голову, укладывают на кушетку, на руку нацепляют браслет, ко рту пододвигают жуткого вида трубку. Некий «гениальный» монтажер наложил на видео тревожную музыку. Создается такой саспенс, что кажется: мальчика убьет током сию секунду…

Однако стоит пояснить: на деле происходит эксперимент с выработкой условного рефлекса. Браслет приводится в движение экспериментатором и начинает пульсировать. Ребенок реагирует на прикосновение (кожный раздражитель) и открывает рот в тот момент, когда из кормушки сыплются сладкие бисквиты.
Противоречивая история получается: тут, с одной стороны, членовредительство с протыканием щек, а с другой — кормежка бисквитами. Давай разбираться.

«Детьми Павлова» становились сироты в возрасте от 6 до 16 лет. Личные данные подопытных не называются — в книгах малыши даже подписаны инициалами или неполными именами. Какие эксперименты ставил над ними Павлов? Его целью было изучение высшей нервной деятельности человека, а главной задачей — выяснить, как работают условные рефлексы.

Для начала про тот самый эксперимент, который вызвал столько шума: со слюноприемником. Как и в варианте с животными, этот опыт требовал хирургирования. Слюнной канал, который расположен внутри щеки, выводился наружу и закреплялся на поверхности кожи, к нему крепилась воронка для сбора слюнной жидкости. Из-за этого на щеке, разумеется, впоследствии оставался шрам. Да и сама операция, и процедура эксперимента были болезненными и неприятными. Но такую операцию проделывали далеко не над каждым ребенком. В основном это были куда более этичные эксперименты — они описаны в книге Николая Красногорского «Труды по изучению высшей нервной деятельности человека и животных».

Та самая странная, жутковатая конструкция на голове у мальчика из видео — это не орудие пытки, а считыватель колебаний, который записывал количество сглатываний. Если не вдаваться в научные тонкости, то все выглядело предельно просто: детей или просто кормили, или кормили, слегка почесывая кисточкой (ничего особенного — это тоже кожный раздражитель), кормили с завязанными глазами, кормили со звуком звонка — и все сложные процессы, происходящие в этот момент в организме, фиксировали и изучали (если интересны подробности, вот книга Красногорского). Дети, которые в столь юном возрасте видели вещи и пострашнее слюноприемника, были вполне не против поесть шоколада, бисквитов и клюквы, которые использовались для экспериментов. Красногорский пишет: «Опыты с пищевыми рефлексами в большинстве случаев весьма популярны среди детей. Врачам часто приходится слышать: возьмите меня в лабораторию есть клюкву и т. д.»

Самое главное, что описано упомянутой книге, — зачем все эти эксперименты проводились и что благодаря им было открыто. Позицию группы исследователей — и это забывают упомянуть авторы всех статей, в которых пишут про зверства «кровавых ученых», — Красногорский выразил так:

Изучая условнорефлекторные реакции у больных, мы стремились вскрыть биологическую природу и происхождение болезненных состояний и тем способствовать естественно-научному пониманию их внешних проявлений и открытию практических способов помощи, которые могли бы облегчить и улучшить состояние больного.

Павловым были изучены расстройства пищевого поведения, задержка речевого развития, физиологические нарушения сна, нарушения работы опорно-двигательного аппарата и многие другие патологии. И не просто описаны и исследованы — были предложены методы их лечения. Работы Павлова без преувеличения расширили горизонты мировой и отечественной медицины.

И тут, конечно, вопрос открытый: стоило ли то, что несколько детей прожили со шрамами на щеках всю жизнь, того, что тысячи других детей были избавлены от страданий, которые приносили им тяжелые болезни? Делай выводы сам, как говорится.

Химически чистый цинизм

Самой убедительной формой лжи являются памятники — именно в них концентрируется вранье о персоне или явлении.

Умилителен монумент, изображающий «собаку Павлова». Но он мог быть еще трогательнее, если бы рядом с собачкой разместился и бронзовый ребенок. Дело в том, что школа Ивана Петровича Павлова проводила вивисекторские опыты не только над собачками, но и над людьми. В качестве лабораторного материала использовались беспризорники в возрасте 6–15 лет. Это были жесткие эксперименты, но именно они позволили разобраться в природе мышления человека. Данные опыты ставились в детской клинике 1-го ЛМИ, в Филатовской больнице, в больнице им. Раухфуса, в отделе экспериментальной педиатрии ИЭМа, а также в нескольких детских домах.

Фамилии беспризорников и детдомовцев, ставших лабораторным материалом, вероятно, не являются существенной информацией. В двух трудах Н. И. Красногорского «Развитие учения о физиологической деятельности мозга у детей» (Л., 1939) и «Высшая нервная деятельность ребенка» (Л., 1958) они означены как » Л. М.», «К. М.», «К. Е.», «Ф. Е.» или как Клава О., Муся В., Юра К., et cetera.

Профессор Майоров, бывший официальным летописцем павловской школы, меланхолично отметил: «Некоторые из наших сотрудников расширили круг экспериментальных объектов и занялись изучением условных рефлексов у других видов животных; у рыб, асцидий, птиц, низших обезьян, а также детей» (Ф. П. Майоров, «История учения об условных рефлексах». М., 1954).

Отметим, что т. н. «моральная» оценка этих экспериментов не входит в задачи нашего исследования. Мы рассматриваем лишь полученный результат и его смыслы. Ведь на ценность хорошего артефакта никак не влияет, кем именно он был добыт — археологом или грабителем могил.

Так и мы — рассматриваем исключительно сам артефакт. Нас интересует лишь его ценность, а не то, какие обстоятельства сопутствовали находке.

Разумеется, совсем спрятаться от криминального привкуса павловских вивисекций не получится. Фактор страдания детей, несомненно, присутствовал. Но он был отчасти смягчен тем, что все подопытные были сиротами. А самой страдающей стороной во всех кошмарных ситуациях с детьми, как известно, являются их родители. Также отметим, что кровь маленьких беспризорников пролилась не зря. Сакральный вопрос, мучивший философов со времен Аристотеля, оказался решен за пару лет вивисекций.

Итак. Что же на самом деле происходило в лабораториях павловской школы в первой трети прошлого столетия?

Как мы помним, Иван Петрович уже разобрался с физиологией пищеварения, за что и получил Нобелевскую премию. Триумф убедил его в том, что «ключик» системного эксперимента, с такой же легкостью, как желудок, может «открыть» и мозг. Декарт, Ламетри и Сеченов завещали ему уверенность в том, что тайна мышления должна иметь простую физиологическую разгадку. Это оказалось действительно так: Павлов легко нашел ее в образовании условных рефлексов у собак.

Однако это было лишь половинчатое знание. Предстояло доказать, что принципы ткущей разум рефлекторики действительны и для мозга человека.

Но! Сделать это можно было только путем эксперимента. Разумеется, применив к подопытным людям те же самые методики, что применяются к крысам, кошкам и собакам. Обязательным условием было большое количество разнообразного лабораторного материала. Задача могла стать неразрешимой, но павловцев выручило своеобразие постреволюционного времени. Комиссары присели в глубоком реверансе и обеспечили павловцев всем необходимым.

Напомню, что начинались вивисекции в эпоху сырого, первобытного ленинизма, когда власть Советов еще вовсю кокетничала с Иваном Петровичем. И «лабораторным материалом» группы учеников Павлова (проф. Н. И. Красногорского, А. Г. Иванова-Смоленского, И. Балакирева, М. М. Кольцовой, И. Канаева) стали беспризорные дети. Всецелое понимание во всех инстанциях обеспечивала ЧК.

Несомненно, часть подопытных подвергалась жесткому хирургированию. В качестве наркоза использовался морфий, сернокислый магний, а иногда алкоголь. Проток слюнной железы выводился изо рта наружу, по «собачьему» принципу.

Автор не имеет личного опыта проведения таких экспериментов на человеческом материале. Но нет никаких причин полагать, что их техника отличается от работы с любым другим млекопитающим. Напомню, что анатомические различия рта (к примеру) собаки и человека ничтожны.

Операция выведения «стенонова протока» сама по себе не сложна, но болезненна и продолжительна. Щеки, разумеется, уродуются на всю оставшуюся жизнь. Даже у собачек.

Поясним специфику хирургирования. Тот канал, через который слюна, из околоушной железы попадает в ротовую полость, надо переместить наружу, на щеку. Причем не просто переместить, но и хорошенько приживить там, чтобы контролировать все истечения.

Павловцы делали это так: «В детскую клинику 1 Медицинского института была принята больная К.Х. 11 лет <…> Мы прикрепили кругом фистулы менделеевской замазкой небольшую воронку, посредством которой обычно собирается слюна у оперированных животных, и получили возможность количественно измерять секрецию слюнной железы у этой больной. Сначала мы легко выработали естественный условный рефлекс, показывая ребенку различные пищевые вещества…» (Красногорский Н. И.)

Альтернатива операции — крепящийся внутри рта железный слюносборник Лешли с «присосом». Штука неуправляемая и крайне болезненная.

Фото предоставлено авторомФото предоставлено авторомФото предоставлено автором

А. А. Ющенко в труде «Условные рефлексы ребенка» (1928) достаточно откровенно описывает: «У одного из детей, на которых я работал (М. А. 13 лет, с состоянием порока сердца), уже после одначасового эксперимента от присоса оставалось кровавое кольцо, требовавшее для полного исчезновения 1-2 дней <…> Травма даже после одночасового опыта была настолько значительна, что иногда заставляет экспериментировать не чаще, как через день, даже два».

Несомненно, тысячекратно отрепетированный «собачий вывод» был удобнее для павловцев.

Секреция околоушной слюнной железы маленьких беспризорников возбуждалась клюквой, шоколадом, капустными кочерыжками, хлебом и капустными листьями. А пищевое подкрепление подавалось через красивые хромированные аппараты. Они, кстати, вызывали удивительный трепет комиссаров и охранялись с особым рвением. Периодически применялись «кололки» и ток.

Все это подтверждается протоколами, фотографиями и документальным фильмом «Механика головного мозга» (другое название — «Поведение животных и человека»; реж. В. Пудовкин, опер. А. Головня, производство кинофабрики «Межрабпром-Русь», 1926 г).

В своем первом труде Красногорский отмечал, что «опыты с пищевыми рефлексами в большинстве случаев весьма популярны среди детей; врачам часто приходится слышать: возьмите меня в лабораторию есть клюкву и т. д.».

Эта популярность легко объяснима. Рационы приютов были крайне скудны, а сироты — голодны. А вот комиссары белели от гнева, наблюдая за тем, как «шпане» скармливают шоколад и кочерыжки. Они кипели под буденовками, но помалкивали.

Впрочем, порой павловцы перебирали с болевым воздействием. Последствия такого «перебора» нежным профессорским пером зафиксировал Иванов-Смоленский: «Наблюдались попытки к бегству, в особенности после ознакомления с оборонительным “электрокожным подкреплением”».

Если дело заходило слишком далеко, подключались комиссары — и порядок восстанавливался. Беглецов отлавливали, возвращали, усмиряли и направляли обратно в лаборатории. Разумеется, сироты не понимали, что дырки в их щеках венчают долгую историю постижения принципов работы головного мозга.

В результате павловцам удалось доказать, что никакой принципиальной разницы меж сложнонервной деятельностью животных и человека не существует. Механизм условного рефлекса (основы разума) идентичен.

Кочерыжки стерли с процесса мышления последнюю «позолоту» мистики и непознаваемости. Стало окончательно ясно, что уникальных свойств, которые бы отличали мозг человека от мозга животного, не существует.

Теория условных рефлексов перестала быть «про собачек» и стала «про человека».

Значительность этого открытия несомненна, а неизвестность парадоксальна. Работа павловской школы была проигнорирована миром, хотя содержала безупречно доказательные и столь долгожданные (со времен Декарта) разъяснения принципов работы мозга.

У этого есть несколько причин.

Первая заключается в абсолютной невозможности легализовать доказательства открытия. Они, разумеется, есть, но предъявлять их нельзя.

Дело в том, что к середине века драматизировались представления о допустимом при проведении эксперимента. На шее науки затянулась петля этики. Моралисты захватили все «высоты» и резко ограничили исследования с помощью множества Этических Кодексов. При всех научных организациях были созданы «этические советы». Журналы были лишены прав на публикации об экспериментах, при которых нарушались требования этических деклараций. (Чуть позже произошла окончательная формализация запретов, воплощенная в решениях Третьей генеральной ассамблеи Всемирной медицинской ассоциации (Лондон, 1949), а в 1968-м и 1983-м, на Генеральных ассамблеях в Сиднее и Венеции, перечень недозволенного был радикально расширен.)

При таком раскладе кровавые опыты над сиротками могли расцениваться только как преступление. Даже простое предъявление их протоколов могло закончиться трибуналом.

Впрочем, до сгущения этических туч попытки легализовать открытие все же предпринимались. В 1929 году Иван Петрович номинировался на вторую Нобелевскую премию. Его кандидатуру завернули еще на этапе рассмотрения, порекомендовав более никому не показывать разработки с беспризорниками как «факт, порочащий науку», «дикарство» и «химически чистый цинизм, до которого не должен опускаться ученый».

Важнейшее открытие ХХ века было похоронено и предано полному забвению. О нем не принято даже упоминать. Исследователи мозга оказались в идиотском положении. Сегодня они напоминают астрономов, которые ничего не слышали об открытиях Галилея и продолжают веровать в хрустальные птолемеевские сферы.

Впрочем, у забвения была и вторая причина.

Потренировавшись на эволюционной теории, люди научились виртуозно игнорировать все, что противоречит культурно-историческим догмам и сказкам об исключительности homo. А смысл открытий павловской школы оказался еще более оскорбительным, чем дарвинизм.

Результаты экспериментов невольно списали в утиль «платонов-кантов-гегелей» и прочие экзерсисы о «таинстве человеческого мышления». Туда же были отправлены «совесть», «вера», «мораль» и другие пуш-апы.

Какой-то поэт продекларировал: «Тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман». В переводе это означает, что наслаждение собственной глупостью — очень сильное чувство. И не только у поэтов. Оно в основе вообще всей культуры homo, которая крайне болезненно реагирует на попытку расправиться с «обманами».

Конечно, за последние три века пересмотр «вечных ценностей» отчасти свершился. Стало понятно, что заповеди «не убий» и «не укради», несомненно, милы, но лишают нас важного жизненного опыта.

Наши предки были существенно ниже нас по уровню развития. Они охотно погибали за родину или веру. Возникли справедливые подозрения, что два этих фактора как-то связаны. Проклюнулось и понимание, что качество разума измеряется отсутствием тайн и «святынь».

Это было уже кое-что. Но к радикальщине павловских открытий homo был еще не готов.

Кстати, первыми почуяли неладное сами экспериментаторы. Сообразив, что вот-вот прикончат «психику и внутренний мир человека», профессора поджали хвосты. Виноватые улыбочки стали обязательной компонентой их докладов. Стало понятно: доигрались.

Хотя… о неизбежных последствиях таких исследований Цензурный комитет СПБ предупреждал еще в 1866 году.

Напомним. Запрещая работу Сеченова о рефлексах головного мозга, Комитет резюмировал: «Данное сочинение является материалистической теорией, которая лишает человека и самосознания, и свободы воли», «ниспровергает все понятия о нравственных обязанностях, о вменяемости преступлений», «разрушая моральные основы общества, уничтожает религиозный догмат жизни будущей; она не согласна ни с христианским, ни с уголовно-юридическим воззрением и ведет к развращению нравов. Посему подлежит судебному преследованию и уничтожению, как крайне опасная по своему влиянию на людей…»

Отметим, что это резюме предельно точно и корректно характеризует данную работу. Она действительно разрушает моральные основы, ведет к развращению нравов, уничтожает веру. К счастью, дело именно так и обстоит. А скандальные опыты с беспризорниками были естественным развитием «крайне опасного» сеченовского труда.

В павловских лабораториях просто сбылось то, о чем предупреждал Цензурный комитет: научная бездна разверзлась и… показала людям язык. Как законченным дуракам.

Привязанность, или стремление к установлению и поддержанию контакта и близости, является базовой человеческой потребностью от колыбели до могилы. Мы нуждаемся в близких людях, когда приходим в этот мир, и мечтаем видеть любящие лица, когда покидаем его. Для маленького ребёнка нет ничего ужаснее, чем внезапное ощущение брошенности, потеря контакта с заботящимися о нём взрослыми.

Чтобы поддерживать у ребёнка ощущение непрерывности связи, важно не только физическое присутствие близких ему людей, но и их эмоциональная вовлеченность в отношения. Эмоциональная недоступность, холодность в общении воспринимаются малышом как потеря контакта и близости, у ребёнка наступает сепарационная тревога и дистресс.

Эдвард Троник (Dr. Edward Tronick), директор Отделения развития ребёнка при Гарвардском университете, проводил лабораторный эксперимент под условным названием “Безжизненное (или каменное) лицо” (Still Face Еxperiment). В эксперименте он просил родителей посидеть и поиграть с их маленьким ребёнком так, как они обычно это делают. Затем экспериментатор просил родителя прекратить общение с ребенком. Мать или отца инструктировали продолжить смотреть на малыша, но придать своему лицу застывшее или отсутствующее выражение.

В начале эксперимента мать и младенец настроены друг на друга, их эмоции синхронизированы. Затем мать просят сделать «безжизненное лицо» и не отвечать на реакции малыша. Практически моментально малыш начинает протестовать против потери контакта, привязанности. Мы видим (в буквальном смысле), как включаются защитные реакции ребёнка. Эти реакции инстинктивны, они не зависят от разума. Когда мама снова начинает эмоционально реагировать на ребёнка, он достаточно быстро приходит в себя, успокаивается, защита сменяется эмоциональным контактом с матерью.

В данном эксперименте эмоциональное “воссоединение” происходит довольно быстро и не наносит вреда. Но представьте, если младенец подолгу находится в ситуациях, когда на его нужды не реагируют: мама в депрессии или в семье не принято «нянчиться» с младенцем, или семьи банально нет.

Например, дети, матери которых находились в депрессии в первый год их жизни, намного более склонны к развитию психопатологий, чем дети из контрольной группы. У многих детей из детских домов, которые с самого рождения не имели возможности сформировать отношения со взрослым (они все время лежали в кроватках одни, а персонал следил только за гигиеной и режимом питания) обнаруживается сильнейшее недоразвитие орбитофронтальной зоны коры головного мозга, которая отвечает за контроль над эмоциями.

Ольга Писарик