Как жили крепостные крестьяне?

Как жили крепостные крестьяне на Руси

Сегодня мы расскажем о том, как жили крепостные крестьяне на Руси. В том числе для того чтобы многие кто жалуются на жизнь в наше время, поняли, что время то нынче не такое и плохое…

Перед тем как мы осветим суть крепостного права — давайте представим масштабы.

Перед отменой крепостного права (с 1857 по 1859 год) была проведена 10-я народная перепись.

«Если в целом по России доля крепостных накануне отмены крепостного права составляла 34,39 %, то в отдельных губерниях, например в Смоленской и Тульской, она составляла 69 %. Так, численность населения на указанный период составляла 67 081 167 человек, из них крепостных 23 069 631″.

То есть Русь больше чем на половину была крепостной, причем жили в таком состоянии русские люди несколько веков. Вдумайтесь — люди принадлежали на правах собственности другим людям! Сегодня у нас даже хомячки не принадлежат хозяину…

«Помещичьи крестьяне — крепостные крестьяне, принадлежащие на правах собственности дворянам-помещикам. Являлись наиболее многочисленной среди других категорией крестьянства Российской империи — в 1859 — 23 млн. человек обоего пола.

……

Крепостное право в России — существовавшая, начиная с Киевской Руси XI века, система правоотношений, вытекавших из зависимости земледельца-крестьянина от помещика, владельца земли, населяемой и обрабатываемой крестьянином.

В Киевской Руси и Новгородской республике несвободные крестьяне подразделялись на категории: смердов, закупов и холопов. В царской России крепостничество широко распространилось к XVI веку, официально подтверждено Соборным уложением от 1649 года, отменено 19 февраля 1861 года (3 марта 1861) царским манифестом».

Историю и исторические понятия знают многие из нас, кто не прогуливал школу. Хотелось бы рассмотреть именно жизненный аспект жизни людей, принадлежавших на правах собственности более знатных особам, а не исторический.

В нашем сегодняшнем мире не укладывается, как вообще возможно такое, что один человек может принадлежать другому и быть ему рабом.

Однако крепостное право, существовавшее на Руси почти 9 веков, 2 века в активной форме, — это реальность, из века в век оно укоренялось, обвивало Русь своими цепкими руками, а вот 150 лет после отмены крепостного права — это еще лишь путь к демократизации, слабенький, некрепкий, где личность человека то превозносится, то обнуляется ниже плинтуса — по инерции, тяготея к историческим корням крепостничества, либо это будет всегда, унижение и превозношение идут рука об руку во все времена и пространства.

Сама суть крепостного права, когда живой человек может на правах собственности будто на бездушный объект (а ведь так было фактически) принадлежать более знатному хозяину, противоречит всем сегодняшним конвенциям о правах человека, конституциям и прочим международным правовым актам. Это немыслимо, чтобы человек на правах скота жил при дворе и принадлежал хозяину словно авто или часть дома.

Однако в той же Библии, Новом Завете — есть понятие «раб», «хозяин», «служение господам»:

«Раб же тот, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по его воле, бит будет много» (Лк. , 12:47)

«Рабы, во всем повинуйтесь господам (вашим) по плоти, не в глазах (только) служа им, как человекоугодники, но в простоте сердца, боясь бога» (к Фил. , 4:22).

«Слуги, со всяким страхом повинуйтесь господам, не только добрым, но и суровым» (1 Пет. , 2:18).

«Рабы, повинуйтесь господам (своим) по плоти со страхом и трепетом, в простоте сердца вашего, как Христу» (к Еф. , 6:5).

Да и все мы рабы Бога… согласно христианству. Более того — ряд историков, исследователей склонялись к тому, что крепостное право в разных его проявлений на Руси — это издержки русского характера, это норма, это в крови русского человека, так всегда было и будет — одни служат другим, а знать должна заниматься образованием, реализацией власти, в общем, быть «белоручками» и «зазнайками». И если этого нет — общество ищет альтернативы и загоняется в угол отсутствием привычной системы. То есть привычная система для нашего общества (хоть нам и сложно это принять) — это когда есть слуги и есть господа.

И тотальная демократизация, когда, простите, кухарке дают власть, а она только и может что пересолить борщ, превращая это в революцию необразованных слоев — принесет только зло. Но народ, не привыкший к власти, словно Адам и Ева в Эдеме, падок на льстивые зазывы и обещания быть равными Богу, вкусив запретный плод, поверив в то что и они смогут править миром и быть свободными наравне с господами. Кто-то даже сравнивал отмену крепостного права с пришествием Христа и провозглашением Нового Завета после Ветхого, когда простым смертным дали возможность спасения (свободы).

Но сегодня же есть такая каста как «обслуживающий персонал, рабочий класс, гувернантки, няни, дворники, помощницы по хозяйству, сиделки и прочие. То есть, получив свободу, не все подались в знатные господа, не все занялись интеллектуальным трудом, образованием. Но в чем разница? Те кто моют полы, согласно нынешним законам, личность и никто не вправе этого отнять у человека. За убийство любого человека предусмотрено уголовное наказание, а не штраф, и никто не может делать рабом другого, и владеть человеком на правах собственности.

На самом деле в вопросе крепостного права не все так просто, нельзя однозначно сказать, что крепостное право это зло. Злом былом самоуправство и наглость, цинизм помещиков, дворян, издевавшихся над подневольными, убийства и жестокое обращение с последними, обесценивание жизни слуги и право собственности на эту жизнь, а само по себе крепостное право как работа одних, менее образованных людей и более трудолюбивых, на других, зажиточных и умных — не зло.

Ведь таким образом одни имели работу, а другие содержали свои поместья в хорошем состоянии, занимались образованием и правлением. Но человеческая природа, склонная к неуемной власти, к вседозволенности по причине безнаказанности — не смогла помещикам дать возможность относиться к своим слугам как к людям, с уважением. Крепостных, а крепостное право на Руси особенно активно процветало в 16-17-18 века, стало возможно со временем не только продавать, покупать, наказывать, бить плетьми, но и убивать, насиловать….

В 1765 году помещики получили право ссылать крестьян на каторгу, а в 1767 году жалоба крепостного на помещика стала уголовным преступлением, теперь по закону хозяин мог не только убить крепостного, все остальное было можно. К концу столетия дворяне (1 % от всего населения) владели 59 % всех крестьян. Образованный и знатный род считал крестьян чуть ли не животными и вообще не людьми, неразумными созданиями.

Рекомендация по образу жизни для крестьян в 1942 году были такие: подъем в 4 часа утра, весь день работать до 20-21 часу, по субботам баня, по воскресеньям церковь, избегать лени поскольку она приводит к разбоям и воровству. (информация из документального фильма)

Самое суровое наказание за убийство крепостного штраф (около 5 гривен), перед отменой КП он составлял несколько рублей, а уж наказание плетьми — это была реальность, каждодневная, будничная, пороли, били за плохо вымытые полы, провинность и просто так.

Учитывая, что жизнь крестьянина по сути равнялась нулю, убить помещики своих слуг не боялись, и если и убивали — это было устрашающей и превентивной мерой для остальных.

Вспомним чего стоил террор Салтычихи — Салтыковой Дарьи Николаевны, помещицы, барыни в 18-м веке «прославившейся» издевательствами над крестьянами, пусть даже он излишне приукрашенный, однако таких Салтычих на самом деле было много, не все они стали известны своими злыми делами…

Насиловать, убивать крестьян было нормой.

Говорить правду о беспределе помещиков и гнете крепостных тогда решались единицы. А царицы и цари нередко, во избежание народного бунта, предпочитали дать просимое знатному народу, потому ужесточение отношения к крестьянам — закономерный итог «поблажек» дворца для знати. Говорить правду поперек воли дворца каралось. Потому всех кто даже пользовался авторитетом и пытался осветить реальность крепостничества так или иначе обесценивали.

Пример тому — Радищев с „Путешествием из Петербурга в Москву“. Великая книга, смело описывавшая крепостные нравы и жестокость помещиков тех времен (1790), была так оценена по наставлению императрицы: «Картины бедствия крестьян, описанные Радищевым в „Путешествии из Петербурга в Москву“, — следствие помрачения рассудка автора, искажающего восприятие социальной действительности».

Радищева приговорили к смертной казни, несмотря на то что он пользовался авторитетом и сам был знатного рода, однако в последний момент заменили приговор на 10-летнюю ссылку в Сибирь, а его литературные творения были признаны лишенными здравого смысла и покушающими на честь государеву.

Крестьянину лучше при помещике! И нигде такой «сладкой» жизни нашему русскому подневольному человеку не будет как с помещиком! И у наших русских крепостных не жизнь, а рай. Это девизы и лозунги императрицы и всего ее кружения тех времен.

Крестьянам вбивалось в головы что лучшей жизни они нигде не найдут, да и возможности искать ее у несчастных не было, где ж тут: подъем в 4 утра, до 9 вечера работа, если что грешное на ум взбрело или появился ропот на помещика — значит. мало работы было, надо больше себя загружать, если избил хозяин — за дело, лучше работать надо было.

Если купец разорялся — его слуг могли продавать с аукциона, нередко всю семью разъединяли и они не могли видеться, что было для них большой трагедией. Молодых девиц часто насиловали их хозяева, однако жаловаться на это было нельзя, поскольку считалось, что даже путем насилия, но девушка исполнила волю господина.

На сайте медуза.ру, в статье «Это рабство? Крестьян можно было бить? Стыдные вопросы о крепостном праве» — есть калькулятор стоимости потенциальных крепостных «сколько бы вы стоили до 1861 года». (с 1799 по 1802 год)

Например, крепостного в начале 19-го века можно было купить за 200-400- рублей рублевыми ассигнациями.

В основном крестьяне были бедными, крайне редки случаи нормальной, средней по материальным меркам, жизни крепостных. Однако история говорит о таком крестьянине как Николай Шипов, разбогатевший на перегонах стад овец и писавший на лоне спокойствия литературные мемуары.

Да, кстати. 1861 год — не конец мытарств крепостных. Крестьяне по-прежнему остались зависимы от крестьянской общины, которая «регламентировала их хозяйственную деятельность, часто запрещала переезжать (из-за круговой поруки в платеже податей и выкупных платежей) и так далее.

Получить землю в настоящую личную собственность и оставить ее в наследство своим детям стало возможным только после закона 14 июня 1910 года».

Спустя около 150 лет от отмены крепостного права, когда людям дали свободу, прошлое воспринимается современным поколением как исторические зверства, о которых можно снимать кино либо как неправдоподобные события, излишне приукрашенные. И наша сегодняшняя жизнь, ее уровень — часто нам кажется тупиковыми, мол, беспредел везде, коррупция. Сильные мира сего гнобят слабых и т. д., зарплаты маленькие, перспективы плачевные…

1. В отличие от прогрессивной Европы в России крепостное право было всегда


Сбор недоимок. А. А. Красносельский, 1869 год. | Фото: img0.liveinternet.ru.

Принято считать, что крепостное право в России было чуть ли не с момента создания государства, в то время как европейцы строили в своих странах кардинально другую модель социальных отношений. На самом же деле все обстояло несколько иначе: в Европе тоже было крепостное право. Вот только его расцвет пришелся на период VII-XV вв. В России же в это время подавляющее большинство людей были свободными.
Стремительное закрепощение крестьян началось в XVI веке, когда во главу угла встал вопрос о дворянском войске, воюющем за батюшку-царя и матушку-Русь. Содержать действующую армию в мирное время было делом хлопотным, вот и стали закреплять крестьян за наделами земли, чтобы они работали на благо дворян.

Как известно, освобождение крестьян от рабской зависимости произошло в 1861 году. Таким образом, становится ясно, что крепостное право просуществовало в России чуть больше 250 лет, но никак не с момента образования государства.

“Вот тебе, бабушка, и Юрьев день”

Формально землевладельцы-помещики не имели прав лично на крестьянина — они имели права на свою землю. Крестьянин же имел право с этой земли уйти — такая процедура называлась “крестьянский выход”. Превращение крестьян в крепостных, т.е. “прикреплённых к земле”, связано именно с ограничением крестьянского выхода.

Первый всеобщий закон на этот счет вышел в 1497 году — крестьянский выход по всему государству был разрешён за неделю до и через неделю после 26 ноября — Дня святого Георгия или, в просторечии, Юрьева дня.

Сергей Иванов “Юрьев день”

Так продолжалось до 1580-х годов, когда Иван Грозный ввел “заповедные лета” — законы, приостанавливающие крестьянский выход. Это формально временный запрет никогда не был отменён и окончательно закрепился в Соборном Уложении 1649 года, которое также ввело бессрочный сыск беглых крестьян.

Именно к тем временам относится поговорка “Вот тебе, бабушка, и Юрьев день”. Негативная память народа о тех событиях также закрепилась в выражении “объегорить” (обмануть), произошедшем от другого названия Юрьева дня — Егорий Осенний.

Зверства Салтычихи и Екатерина II

Но даже отмена крестьянского выхода не меняла главного — крестьянин не являлся собственностью землевладельца. Дворяне, помещики считались поставленными на определённый участок земли. По сути, они, как и крестьяне, несли службу перед государем — просто на более высокой должности.

Дальнейший процесс закрепощения крестьян связан с тем, что государство давало дворянам всё больше и больше полномочий, и при этом оставляло всё меньше и меньше обязанностей.

Историк Василий Ключевский так описывал происходящее в 1730-60-х годах: “Закон всё более обезличивал крепостного, стирая с него последние признаки правоспособного лица”.

Василий Ключевский

Именно в те времена берут начало истории о бесчинствах помещиков в отношении своих крепостных. Самый известный персонаж подобных рассказов — помещица Дарья Салтыкова, более известная как Салтычиха.

Иллюстрация к энциклопедическому изданию “Великая реформа”, на которой изображены деяния Салтычихи “по возможности в мягких тонах”

Овдовев, она начала впадать в страшные вспышки гнева, во время которых подвергала своих крестьян издевательствам и пыткам — обливала кипятком, выдёргивала волосы, заставляла конюха забивать провинившихся до смерти. Зимой Салтыкова раздевала женщин догола и привязывала на улице к столбу, предварительно сжигая им свечой волосы.

Салтычиха любила убивать невест незадолго до замужества. Одну жертву, крестьянку Петрову, помещица велела раздеть и завести в пруд (на дворе была поздняя осень). Девушка стояла в воде по горло несколько часов и в итоге скончалась от переохлаждения.

Доставалось и мужчинам. В ноябре 1759 года в ходе растянувшейся почти на сутки пытки был убит молодой слуга Хрисанф Андреев, а в сентябре 1761 года Салтыкова собственноручно забила мальчика Лукьяна Михеева.

По показаниям крепостных крестьян, полученным во время “повальных обысков” в имении и деревнях помещицы, ею было убито 75 человек.

Владимир Пчелин “Салтычиха”

Всё это удалось остановить только тогда, когда двум крестьянам, Савелию Мартынову и Ермолаю Ильину, жён которых Салтыкова убила, в 1762 году каким-то чудом удалось передать жалобу только что вступившей на престол Екатерине II. Любые жалобы на местном уровне заканчивались только наказанием жалобщиков и отправкой их в Сибирь.

Екатерина II

Молодая императрица решила показать себя приверженцем законности и дала ход делу. Помещицу осудили “к пожизненному заключению в подземной тюрьме без света и человеческого общения” (свет дозволялся только во время приёма пищи, а разговор — только с начальником караула и монахиней). Салтыкова скончалась в заточении в Ивановском женском монастыре в 1801 году.

Казалось бы, справедливость восторжествовала. Однако во время расследования и суда по этому громкому делу, которое получило ход только из-за того, что императрице подали жалобу, в 1767 году вдруг вышел указ… запрещающий крестьянам подавать жалобы на помещиков лично государю.

Проведя показательный процесс, Екатерина II не захотела вступать в конфронтацию с дворянством и лишь продолжила курс на увеличение зависимости крестьян от власти землевладельцев.

Крестьяне как живой товар

Современники нередко называли крепостных крестьян “рабами”.

Вот что писал историк Николай Карамзин: “Не знаю — хорошо ли сделал Годунов, отняв у крестьян свободу (тогдашние обстоятельства не совершенно известны), но знаю, что теперь им неудобно возвратить оную. Тогда они имели навык людей вольных, ныне имеют навык рабов”.

Николай Карамзин

Интересны также слова Александра Бенкендорфа, главы тайной полиции Российской империи, написанные в личном послании императору Николаю I:

“Во всей России только народ-победитель, русские крестьяне, находятся в состоянии рабства; все остальные: финны, татары, эсты, латыши, мордва, чуваши и т. д. — свободны”.

Александр Бенкендорф

Действительно, частью повседневной жизни Российской империи были многие элементы рабовладения. Например, торговля людьми. Какое-то время в Петербурге даже функционировал рынок крепостных.

Клавдий Лебедев “Продажа крепостных с аукциона”

С другой стороны, государственная власть никогда не относилась к таким вещам, как к чему-то само собой разумеющемуся. Невольничьи рынки в итоге были запрещены, так же, как и было запрещено размещение в газетах объявлений о продаже людей.

Впрочем, ориентированность на поддержку интересов дворянского сословия не позволяла императору жёстко добиваться исполнения своих требований. Торговля людьми продолжалась в частных домах, а объявления подавались в газеты иносказательно — вместо “продаётся” писали “отдаётся в услужение”.

Николай Неврев “Торг. Сцена из крепостного быта. Из недавнего прошлого”

А Пушкин думал по-другому

Известны и высказывания людей, которые положительно отзывались о ситуации крепостных крестьян. Александр Пушкин, например, писал:

“Повинности вообще не тягостны. Подушная платится миром; барщина определена законом; оброк не разорителен… Крестьянин промышляет, чем вздумает, и уходит иногда за 2000 вёрст вырабатывать себе деньгу… Взгляните на русского крестьянина: есть ли и тень рабского уничижения в его поступи и речи? О его смелости и смышлёности и говорить нечего. Переимчивость его известна. Проворство и ловкость удивительны”.

Александр Пушкин

Многие отмечали, что русские крестьяне живут в значительно лучших условиях, чем европейские. Тот же Пушкин указывал: “Фонвизин, в конце XVIII века путешествовавший по Франции, говорит, что, по чистой совести, судьба русского крестьянина показалась ему счастливее судьбы французского земледельца. Верю…”

Подобную ситуацию отмечали и иностранцы. Капитан британского флота Джон Кокрэйн писал в своей книге “Пешее путешествие через Россию и Сибирскую Татарию к границам Китая, замерзшему морю и Камчатке”, что “положение здешнего крестьянства куда лучше состояния этого класса в Ирландии”. Кокрэйн отмечал “изобилие продуктов, они хороши и дешевы”, а также “огромные стада” в обычных деревнях.

Другой британский путешественник, Бремнер, говорил: “Есть области Шотландии, где народ ютится в домах, которые русский крестьянин сочтёт негодными для своей скотины”. Впрочем, далее он добавлял, что русский крестьянин по сравнению с английскими совершенно бесправен.

Положение крепостных в России не было одинаковым. Большое значение имела форма повинности: барщина или оброк. Барщина заключалась в том, что крестьянин был обязан отработать на земле помещика определённое количество дней. Оброк же — это регулярная денежная выплата, зарабатывать на которую крестьянин мог множеством способов.

Иван Тургенев писал в рассказе “Хорь и Калиныч”:

“Орловский мужик невелик ростом‚ сутуловат‚ угрюм‚ глядит исподлобья‚ живёт в дрянных осиновых избёнках‚ ходит на барщину‚ торговлей не занимается‚ ест плохо‚ носит лапти; калужский оброчный мужик обитает в просторных сосновых избах‚ высок ростом‚ глядит смело и весело‚ торгует маслом и дёгтем и по праздникам ходит в сапогах”.

Иван Тургенев

Разницу в положении подобных крестьян отмечает и современные учёные. Доктор исторических наук Ирина Супоницкая пишет:

“Не все крепостные в России работали на барщине. Перед отменой крепостного права около 40% из них — оброчники‚ отдававшие помещику оброк натурой или деньгами. Оброчник был несравнимо свободнее. Он сам решал‚ куда уйти на заработки. Целые деревни, получив паспорта, отправлялись на промыслы в города. Одни сёла поставляли ямщиков‚ другие — ремесленников‚ третьи занимались промыслами у себя дома”.

От крестьянина Смирнова — к водке Smirnoff

Именно из оброчных крестьян появлялись “крепостные бизнесмены” — те, кто договаривался с помещиком и организовывал собственное дело. Так, знаменитая текстильная промышленность в Иваново была основана крестьянами графа Шереметьева.

Французский путешественник Астольф де Кюстин в книге “Россия в 1839 году” писал, что крепостные были “главными торговыми деятелями” нижегородской ярмарки. “Однако закон запрещает предоставлять кредит крепостному в сумме свыше пяти рублей, — добавлял де Кюстин, — И вот с ними заключаются сделки на слово на огромные суммы. Эти рабы-миллионеры, эти банкиры-крепостные не умеют ни читать, ни писать, но недостаток образования восполняется у них исключительной сметливостью”.

Многие из тех, кто был успешен, впоследствии покупали себе вольную и переходили в купеческое сословие. Некоторые зарабатывали баснословные деньги — например, семья Морозовых, основанная выкупившимся из крепостной зависимости в 20-х годах 19 века Саввой Морозовым, в 1914 году признавалась журналом Forbes шестой богатейшей семьёй в Российской империи.

Главы семьи Морозовых в 1860-х годах

Другой крепостной, Пётр Смирнов, сумел занять лидирующие позиции в производстве алкоголя, получив неофициальный титул “водочного короля России” и дав начало известному сейчас бренду Smirnoff.

Пётр Смирнов

А вы — потомок крепостных?

Расхожее мнение, что большинство людей в постсоветском обществе — потомки крепостных, не подтверждается статистикой. На момент отмены крепостного права в 1861 году была проведена масштабная социологическая работа, приведённая в книге «Крепостное население в России, по 10-й народной переписи», изданной в том же году.

Обложка и первая страница книги

Согласно приведённым там данным, общее число населения Российской империи составляло 67 081 167 человек, а крепостными из них являлись 23 069 631 человек, то есть 34,39%.

Наибольшая доля крепостных была у населения Смоленской губернии — 69,07%. Велики шансы на крепостные корни также у тех, чьи предки вышли из-под Тулы и Калуги. Больше 50% — у уроженцев Владимира, Москвы, Нижнего Новгорода, Костромы, Ярославля, Рязани и Пскова.

Также очень серьёзные шансы — у коренных жителей Украины и Белоруссии. В тех землях только Гродненская, Полтавская, Херсонская и Харьковская губернии имели относительно низкие показатели крепостного населения.

Шансы коренных тверичей — 50 на 50.

К северным и северо-западным окраинам империи доля крепостных резко снижается. Уже в столичной Петербургской губернии проживало всего 24,03%.

В Прибалтике крепостных также было немного. Исключение составляет Литва — в Ковенской губернии (основная часть территории страны) закрепощено было 36,9% населения.

На Кавказе крепостных практически не было. Исключение составляла Грузия. В Кутаисской губернии (запад страны) их проживало 59,71% населения. В Тифлисской губернии (восток) — 21,46%.

Европейский Север России и Финляндию закрепощение практически не затронуло. Это же относится к Сибири, Казахстану, Средней Азии и Дальнему Востоку.